Книга Темный Лорд Устал. Книга X, страница 95 – Тимофей Афаэль, Алексей Сказ

Орлов смотрел на лица генералов и видел, как в них происходит перелом. Они пришли на этот разговор, уже приняв решение об отступлении. Они были готовы к уговорам, к угрозам и пустым обещаниям, но явно не к такому.

С Вороновым невозможно было говорить как с равным. Он пришел и тут же навел порядок, несмотря на очевидную разницу в возрасте.

Соболев первым нарушил молчание.

— Центурионы и звено Голиафов, — его голос звучал хрипло. — Это же… это же меняет всё!

Тишина повисла над залом связи.

Орлов смотрел на экраны и видел, как три генерала переглядываются между собой, общаясь тем безмолвным языком, который вырабатывается у людей, прошедших вместе через десятки кризисов. Черных смотрел на Ковалёва. Ковалёв едва заметно кивнул. Соболев сжал кулаки, но уже не от злости, а от волнения.

Они принимали решение. Прямо сейчас, на глазах у Орлова, три командующих приграничными округами решали судьбу страны.

Черных первым нарушил молчание. Старый генерал медленно поднялся из кресла, и его движения были тяжёлыми, как у человека, который сбрасывает с плеч многолетний груз. Он одёрнул китель, расправил плечи и посмотрел прямо в камеру.

На Воронова.

А потом Василий Степанович Черных, генерал-лейтенант, командующий Западным военным округом, кавалер трёх орденов Империи, надел фуражку, поднял руку к виску и отдал честь.

— Мои полки удержат рубеж, Лорд Воронов, — его голос был хриплым, но твёрдым. — Ждём вашу броню.

Ковалёв встал следом и повторил жест старшего товарища. Его сухое лицо оставалось бесстрастным, но вот глаза выдавали волнение.

Соболев вскочил, едва не опрокинув стул.

— Северный округ к бою готов! — его голос звенел от эмоций. — Пусть только сунутся, мы им…

— Игорь, — Черных бросил на него предупреждающий взгляд.

Соболев осёкся, но его рука уже была у виска, и он отдавал честь с такой яростной гордостью, какой Орлов не видел у имперских офицеров уже много лет.

Воронов принял их салют коротким кивком.

— Захаров свяжется с вами в течение часа для координации. Техника будет на позициях до рассвета.

Он не стал добавлять ничего лишнего.

Экраны погасли.

Орлов стоял посреди зала связи и не мог пошевелиться.

Он смотрел на профиль Воронова, освещённый мерцанием терминалов, и чувствовал, как картина мира в его голове однажды разрушенная, выстраивалась заново. Все фрагменты, которые он собирал, все наблюдения и догадки, все странности и несоответствия — всё это вдруг обрело смысл.

Александр стоял у пульта и на его лице читалось облегчение. Мальчик не понимал и, возможно, думал, что это победа для него, ступенька к возвращению былого величия.

Зато Орлов прекрасно понимал.

Александр никогда не вернётся на трон. Не потому, что ему не позволят, а потому, что трона больше не существует. Того трона, на который он мог бы сесть и Империи, которой он мог бы править — их больше нет.

Три генерала только что отдали честь Калеву Воронову.

Армия, которая отказывалась умирать за старые гербы, добровольно и с облегчением пошла под руку человека, который предложил им победу, силу и будущее.

«Чувствуешь, старик?» — голос Мурзифеля раздался в голове Орлова, и впервые в нём не было насмешки. — «Так пахнет смена эпох. Привыкай!»

Орлов не ответил. Он смотрел на Воронова, который уже отвернулся от погасших экранов и отдавал какие-то распоряжения Фее, и чувствовал то, чего не испытывал с самой юности.