Книга Темный Лорд Устал. Книга VI, страница 56 – Тимофей Афаэль, Алексей Сказ

Он положил трубку, не дожидаясь ответа.

В кабинете была тишина. Только тикали старинные часы на каминной полке — подарок деда, часовщика из провинции. Старик всю жизнь мечтал, чтобы внук выбился в люди, вырвался из нищеты, добрался до вершины.

Добрался, — подумал Орлов. — И вот сижу теперь, разгребая дерьмо за идиотами с родословными длиннее, чем их мозги.

Он встал и подошёл к окну.

Империя — это был механизм, который он отлаживал пол жизни. Шестерёнка за шестерёнкой, винтик за винтиком.

И теперь этот механизм мог рассыпаться в одночасье. Потому что два генерала с манией величия решили, что умнее всех.

Соколов и Тарханов у Воронова, — эта мысль не давала покоя. — Живые или мёртвые — неважно. Важно, сколько всего они знают.

Коды доступа к военным объектам, структура командования ИВР, расположение секретных баз, имена агентов в кланах.

Тарханов особенно опасен — он курировал «Зеркало», у него в голове — полная карта психических операций Империи за последние двадцать лет.

Если Воронов решит это использовать…

Орлов тряхнул головой. Нет, не думать о худшем. Надо думать о возможностях.

Воронов действовал быстро — это факт. От момента похищения Романовой до уничтожения бункера прошло меньше восьми часов. Он нашёл объект, пробился через охрану, забрал своего человека и двух высокопоставленных генералов. И всё это — практически в одиночку, если верить показаниям выживших.

Скорее всего это был даже не гнев, — понял Орлов. — Это была чисто проведенная операция. Взял то, что хотел, уничтожил то, что мешало, оставил послание.

Послание было простым: «Я могу достать вас где угодно».

Воевать с ним — самоубийство. Если один человек способен сделать то, что Орлов видел в отчёте, — армия его не остановит. Только разозлит.

Игнорировать его — тоже самоубийство. После сегодняшней ночи это очевидно.

Оставался единственный вариант — тот, который Орлов планировал с самого начала, пока Соколов не влез со своей «гениальной» операцией.

Переговоры.

Вопрос в том, захочет ли Воронов разговаривать после всего, что произошло? Или решит, что с Империей можно общаться только языком силы?

Нужно ехать лично, — решил Орлов. — Показать, что я не Соколов. Что есть люди в правительстве, с которыми можно иметь дело.

И молиться, чтобы этого оказалось достаточно.

Он нажал кнопку интеркома.

— Слушаю, господин Премьер, — голос секретаря был бодрым, несмотря на ранний час. Мальчишка из хорошей семьи, толковый, перспективный. Один из немногих, кого Орлов выбрал сам, а не получил в нагрузку.

— Готовьте борт. Вылет через два часа.

— Направление?

Орлов помолчал, глядя на восходящее солнце. Оно заливало город золотом, и на секунду столица показалась ему красивой. Хрупкой и красивой, как всё, что можно потерять.

— Воронов. Пора нанести визит вежливости. — Он усмехнулся. — Пока он не решил нанести его нам сам.

«Аурелиус» плавно катился по разбитой дороге, и я в очередной раз отметил, что подвеска этой машины стоила потраченных на нее денег. Вокруг простирались окраины Котовска — унылый пейзаж из заброшенных полей, покосившихся столбов и редких деревьев, скрюченных, как артритные пальцы. Идеальное место для периметра будущего Купола.

Я сверился с планшетом. Семнадцатая точка из сорока двух. Каждый Якорь нужно было установить с точностью до метра, иначе вся конструкция пойдёт вразнос при первом же серьёзном возмущении. Геометрия защитных куполов не прощала небрежности — я знал это по опыту, накопленному за столетия.