Книга Зал костей, страница 44 – Тим Харди

— О Сандаре не тревожься, – заверила меня старуха, когда мы встретились накануне схода. – Ривсбург стоит в устье реки Йельт, обороняя его, а река впадает в озеро Талл. Тамошние люди уже много лет хранят верность нашему роду. Важно, кого на сходе поддержит Лундвар.

Я кивнул, понимая, что в словах Этты есть резон. Гаутар наверняка заявит, что вождем должен стать человек из его рода. Старый Хроди Белобородый из Ольта наверняка его поддержит: народ Ольта всегда стоял на стороне Гаутара – по той же причине, по какой обитатели Таллена благоволили правящей семье Ривсбурга. Я мог рассчитывать на Бандора и людей Каламара, но не был уверен в Нольне и его старейшине Лундваре. Однако именно я не дал Тюрвингу Черноглазому разграбить город и увести в рабство его жителей, наверняка это кое-что да значило. Тогда получалось, что четыре рода выступали против двух, а в подобной ситуации только глупец осмелится бросить вызов законному наследнику.

— Лундвар ненадежен, – предупредила Этта, изучающе глядя на меня здоровым глазом. – Он скорее торговец, чем воин, а купцы думают по-другому. Его больше всего интересует, сможет ли ваша семья поддерживать торговлю с кланами Виттаг и Хельсбург, которая всегда была выгодна для Нольна.

— Вряд ли Гаутар это ему предложит, – возразил я. – Он всего лишь стремится к войне с Ворундом, а Лундвар понимает, что тогда о торговле можно забыть.

— Со слабым вождем прибыли тоже не будет. Смотри, Ингиойя и Бодватр уже подняли цену на древесину, уголь и железную руду. Возможно, Лундвар рассудит, что сила Гаутара поможет восстановить баланс.

В отчаянии я всплеснул руками.

— Я спас этому человеку жизнь! Чего ты еще от меня хочешь?

— Ничего. Увы, сейчас уже ничего нельзя сделать, слишком мало времени. Вот это я и имела в виду, когда сожалела о том, что твой отец умер слишком рано. Хотя он и стал тенью того человека, каким был, люди хранили ему верность. Я надеялась, что у вас с Йориком будет время, чтобы воспользоваться их преданностью и создать свои собственные прочные связи. Однако твоего отца призвал Ратлин, и расплачиваться за ошибки придется тебе.

— Не слишком утешительно, – заметил я.

— Боюсь, Ротгар, все зависит от тебя. На сходе клана тебе нужно заручиться поддержкой четырех родов. Одним меньше – и Гаутар бросит тебе вызов. Впрочем, он в любом случае может оспорить твое право, тут не угадаешь. Гаутар не забыл, что упустил шанс стать вождем клана Ривсбург, когда к власти пришел твой отец. Гаутар вполне мог затаить злобу и на тебя.

— То есть при любом раскладе он, вероятно, попытается меня убить, – заключил я. – Ничего не скажешь, очень бодрит.

Старуха невесело усмехнулась.

— С каких пор ты просишь, чтобы я тебя подбадривала, малец? У тебя есть Деста, пусть она и ублажает. А я говорю то, что вижу. Просто помни, у Гаутара тоже есть слабые места, и другие семьи не питают к нему большой любви, даже Старый Хроди.

Сидя в Большом зале и размышляя над словами Этты, я разглядывал лица собравшихся. Длинный стол на козлах отодвинули в сторону, что позволило расставить ряды скамей по кругу, состоящему из шести частей – по одной для каждого из правящих родов. Теперь, когда прибыл Сандар, все участники схода заняли свои места. За пределами круга установили дополнительные скамьи, с которых за происходящим наблюдали выходцы из не слишком знатных семейств, воины, купцы, фермеры и простолюдины.