Онлайн книга «Первый среди равных»
|
«Неужели наткнулся на сторожевой пост?» – мелькнуло в голове. Не успел придумать, что ответить, как из кустов появился офицер. — Кто таков, с какого подразделения?! — Посыльный в штаб со срочным донесением, – выпалил первое пришедшее на ум, понимая всю несуразность ответа. — Посыльный? – удивился офицер. — У него лошадь хромает, господин лейтенант. Видимо весь день скакал, – помог вышедший следом солдат. — Так точно, господин офицер, – быстро сориентировался в обстановке. Я-то думал, что кобыла не везёт, а прихрамывает и норовит остановиться. Наверно в пылу скоротечного боя не заметили, как у бедной лошадки соскочила подкова, а может это случилось и раньше. – Скакал с ночи и заплутал немного. Сбился с дороги, а когда… — Понятно. Коня ему и проводите в деревню, – отдал приказ лейтенант и потерял ко мне интерес, и едва на уровне восприятия до меня донеслось, – …наверно именно его ждёт генерал, столько дозоров во все стороны разослали… На подъезде к посёлку меня с молчаливым сопровождающим ещё три раза останавливали. Сам бы точно не пробрался через выставленные секреты и дозоры. Уже стал сомневаться, а правильно поступил, ввязавшись в эту авантюру с переодеванием. Думал, осторожно проберусь на окраину, посмотрю, кто в селе, постараюсь найти местных жителей, расспросить, узнать, сколько расположилось солдат, а тут такое. Перепаханное под зиму поле стояло покрытым солдатскими палатками, кое-где виднелись офицерские шатры, но в большинстве своём неказистые, наскоро сделанные навесы, едва дающие укрытие от дождя. Понятно, что зима в здешних краях не столь сурова, но неужели военное командование планирует столь многочисленную армию оставить в этом захолустье на зимних квартирах. Ведь погрязшая в праздности военная машина начинает разлагаться, а ещё её надо кормить, поить, обмундировать по сезону, а боеприпасы, не говоря про пополнение, поддержание боевого духа и воинственного вида. Ни одну армию сгубил слабый дух и непонимание командования реалий обстановки. Вспомнить французов девятнадцатого века — сильнейшая армия мира, а сгинула на Смоленской дороге. Взять двадцатый век — Сталинград… Я ехал, изредка бросая взгляд по сторонам. По мере приближения к границам посёлка картина менялась. Однотипные, ровно поставленные шатры. Видимость караульной службы, чистота, порядок. Кое-где горят костры, откуда ветер доносит приятный запах пригота́вливаемой пищи. И эта картина меня не радовала. Слишком много оказалось в Онтискине сохранивших боеспособность Сенарских войск. Просматривалась умелая рука командира, своей властью державших в узде столько народа. На первый взгляд эта силища сокрушит любого стоявшего на пути, но с другой, с такой же силой поглотит и сама себя. — Всё, я дальше не поеду, – впервые за всё время произнёс сопровождающий. – Вам туда, а я к своим вернусь. Тут рядом, – он указал в сторону единственной дороги. – Едите прямо, никуда не сворачивайте, а там встретят. В ответ с благодарностью кивнул и, дождавшись ответного жеста, пришпорил коня. Первый этап наскоро придуманного плана реализован. Я проник в самое логово противника. Теперь хорошо бы, не привлекая внимания, проехаться через село, посмотреть, как организована оборона за стенами, ну и судьба местных жителей меня интересовала. Ехал в указанном направлении, внимательно смотря по сторонам, но по пути встречались только конные патрули. Делая сосредоточенное выражение лица, изредка отвечал на воинское приветствие и незаметно для себя оказался на большой площади. Не останавливаясь, попытался пересечь открытое пространство, как меня окликнули… |