Книга Ритм войны. Том 1, страница 324 – Брендон Сандерсон

Люди за соседними столиками тоже вскочили и подбежали к ним посмотреть, в чем дело. Вокруг начали появляться спрены потрясения, похожие на ломающиеся треугольники.

— Каладин, что с ним? – спросил Рлайн.

Каладин снова ощутил гнетущее чувство мрака и тьмы. Ощущение было более внешним, чем обычно, но за последние несколько месяцев он узнал, что боевой шок может принимать различные формы. Скоро он узнает достаточно, чтобы противостоять этому. Но позже. Не сейчас.

— Пусть люди отойдут, – спокойно сказал Каладин Рлайну. Не потому, что он был на самом деле спокоен, а потому, что его учил отец: спокойный лекарь внушает доверие. – Дайте нам немного воздуха. Он дышит, и пульс у него хороший.

— С ним все будет в порядке? – Рлайн вскинул руки, чтобы заставить людей отступить.

В его голосе проступил сильный акцент паршенди, и слова зазвучали в ритме суровой песни.

Каладин держал Тефта за руку, высматривая эпилептические признаки.

— Думаю, это припадок, – сказал он, проверяя, не прикушен ли язык. – У тех, кто пристрастился к огненному мху, такое случается во время ломки.

— Он не прикасался к этой дряни уже несколько месяцев.

«Он так говорит, – подумал Каладин. Тефту случалось лгать. Но Каладину были известны признаки, и сержант обычно приходил к Каладину чистым. – Челюсти не сжаты. Опасности для языка нет». Все же лучше держать его лицом в сторону, на случай рвоты. И он дрожал, мышцы рук слабо подергивались.

— Может, какие-то отложенные последствия, – сказал Каладин. – Некоторые наркоманы чувствуют их годами.

Но не припадки.

— Если дело не в этом, тогда…

— В чем? – спросил Рлайн, когда владелец винного дома протиснулся сквозь толпу, чтобы посмотреть, что происходит.

— Апоплексический удар, – сказал Каладин, принимая решение. Он забрался под Тефта и перекатил его обмякшее тело на плечи, затем встал, кряхтя. – Здесь я мало что могу сделать, но у нас в клинике есть препараты, разжижающие кровь. Если это удар, они иногда помогают.

Рлайн потянулся, чтобы взять Тефта за руку:

— Может быть, гранетанцоры? У них клиника на рынке неподалеку.

Каладин почувствовал себя дураком. Конечно. Это был гораздо лучший вариант. Он кивнул.

— Я помогу тебе нести, – предложил Рлайн.

— Я применю сплетение, – сказал Каладин и потянулся к буресвету.

Свет странно сопротивлялся какое-то мгновение, затем хлынул в него из сфер в кармане. Он ожил, наполнившись силой. Она бурлила в его жилах, побуждая использовать ее. Действовать. Бежать.

— Расчищу нам путь, – решил Рлайн и начал проталкиваться сквозь толпу.

Каладин скомандовал буресвету войти в Тефта, чтобы направленным вверх сплетением сделать его легче.

И ничего не произошло.

— Да, я его знаю, – сказал Рэд.

Навани благодарно кивнула, поощряя высокого светоплета продолжать. Он был одет как темноглазый, по-рабочему – коричневые брюки, застегнутая на все пуговицы рубашка с закатанными до локтей рукавами и яркие подтяжки. Тайленская матросская мода наложила свой отпечаток на Уритиру.

Она проводила допрос на пятом этаже, недалеко от разрушенной лаборатории. Пленника приказала поместить в соседнюю маленькую комнату и приставить несколько охранников.

Рэд был первым из Сияющих, кто откликнулся на ее призыв.

— Его зовут Даббид, – объяснил он, заглядывая в комнату с пленником. – Не разговаривает. По-моему, у него не все в порядке с головой. Ну, вы уж простите, у большинства ветробегунов не все в порядке с головой. У них там культ, все поклоняются Благословенному Бурей – я извиняюсь, светлость, но так оно и есть. И все-таки этот чересчур странный. Кажется, он из первого состава Четвертого моста. Газ расскажет больше. У него с ними своя история.