Книга Ритм войны. Том 1, страница 186 – Брендон Сандерсон

Затем ее поглотила тьма. Более полная темнота, чем отсутствие света. Это был момент раскола, который мог создать ее отец. Время – забавная штука. Оно всегда текло на заднем плане, как река, но стоило привнести слишком много силы, и оно искривлялось. Оно замедлялось; ему хотелось остановиться и посмотреть по сторонам. Всякий раз, когда слишком много силы – слишком много Инвеституры, слишком много самости – соединялось в одном месте, миры становились пористыми и время вело себя странно.

Ему не нужно было создавать лицо в небе, как он делал это для смертных. Она чувствовала его внимание, как солнечный жар.

— ДИТЯ. НЕПОСЛУШНОЕ ДИТЯ. ТЫ ПРИШЛА КО МНЕ С ЖЕЛАНИЕМ.

— Я хочу понять его, – сказала Сил, раскрывая мысль, которую она таила, защищала и оберегала. – Ты сможешь сделать так, чтобы я почувствовала тьму, которую испытывает он, чтобы я могла понять ее? Я смогу помочь ему лучше, если узнаю его как следует.

— ТЫ ОТДАЕШЬ СЛИШКОМ МНОГО СЕБЯ ЭТОМУ ЧЕЛОВЕКУ.

— Разве не для этого мы существуем?

— НЕТ, ТЫ ВСЕГДА НЕПРАВИЛЬНО ЭТО ПОНИМАЛА. ВЫ ВСЕ СУЩЕСТВУЕТЕ НЕ ДЛЯ НИХ. ВЫ СУЩЕСТВУЕТЕ ДЛЯ СЕБЯ. ВЫ СУЩЕСТВУЕТЕ, ЧТОБЫ ВЫБИРАТЬ.

— А ты существуешь для себя, отец? – спросила она, стоя в темноте и удерживаясь в человеческом облике. Она уставилась в глубокую вечность. – Ты никогда не делаешь выбора. Ты просто дуешь, как всегда.

— Я ВСЕГО ЛИШЬ БУРЯ. ТЫ – НЕЧТО БОЛЬШЕЕ.

— Ты избегаешь ответственности. Ты утверждаешь, что делаешь только то, что должна делать буря, а потом ведешь себя так, будто я в чем-то не права, делая то, что считаю нужным! Ты говоришь мне, что я могу выбирать, а потом ругаешь меня, когда я выбираю то, что тебе не нравится.

— ТЫ ОТКАЗЫВАЕШЬСЯ ПРИЗНАТЬ, ЧТО ТЫ БОЛЬШЕ, ЧЕМ ПРИДАТОК ЧЕЛОВЕКА. СПРЕНЫ ОДНАЖДЫ ПОЗВОЛИЛИ СЕБЕ БЫТЬ ПОГЛОЩЕННЫМИ НУЖДАМИ СИЯЮЩИХ, И ЭТО УБИЛО ИХ. ТЕПЕРЬ МНОГИЕ ИЗ МОИХ ДЕТЕЙ ПОШЛИ ПО ТВОЕМУ ГЛУПОМУ ПУТИ И НАХОДЯТСЯ В БОЛЬШОЙ ОПАСНОСТИ.

ЭТО НАШ МИР. ОН ПРИНАДЛЕЖИТ СПРЕНАМ.

— Он принадлежит всем, – сказала Сил. – Спренам, людям, даже певцам. Поэтому нам нужно понять, как жить вместе.

— ВРАГ ЭТОГО НЕ ДОПУСТИТ.

— Враг будет побежден Далинаром Холином. И поэтому мы должны подготовить его защитника.

— ТЫ ТАК УВЕРЕНА, ЧТО ТВОЙ ЧЕЛОВЕК – ЗАЩИТНИК, – сказал Буреотец. – Я НЕ ДУМАЮ, ЧТО МИР ПОДЧИНИТСЯ ТВОИМ ЖЕЛАНИЯМ.

— Как бы то ни было, я должна понять его, чтобы помочь ему. Не потому, что я собираюсь быть поглощенной его желаниями, а потому, что я хочу так поступить. Поэтому я спрашиваю снова. Сделаешь ли ты меня способной чувствовать то, что чувствует он?

— Я НЕ МОГУ ЭТОГО СДЕЛАТЬ, – сказал Буреотец. – ТВОИ ЖЕЛАНИЯ НЕ ЗЛЫ, СИЛЬФРЕНА, НО ОНИ ОПАСНЫ.

— Ты не можешь? Или не хочешь?

— У МЕНЯ ЕСТЬ СИЛА, НО НЕТ СПОСОБНОСТЕЙ.

Момент безвременья резко прервался, и ее швырнуло обратно в бурю. Спрены ветра с хохотом закружились рядом. «Ты не можешь, ты не можешь, ты не можешь!» – кричали они, подражая Буреотцу. Невыносимая малышня. Сил иной раз тоже бывала такой.

Какое-то время Сил держалась за эту идею, баюкая ее, а потом позволила буре отвлечь себя. Она танцевала на протяжении всего буйства стихии, хотя и не могла уйти с ней. Ей нужно было оставаться в пределах нескольких миль от Каладина, иначе ее Связь с Физической реальностью начнет ослабевать, а разум померкнет.