Книга Ритм войны. Том 2, страница 119 – Брендон Сандерсон

Солдаты с обеих сторон держались на расстоянии, образуя вокруг двух бойцов пустое пространство. Ясна не хотела прибегать к использованию своих особых сил. С осколками королеве полагалось быть на равных против этого существа, а вот силы быстро выдадут ее – в коалиционной армии не было других связывателей потоков, обладающих собственным доспехом.

«Есть еще одна причина, по которой ты сражаешься», – дерзко заметил Айвори.

Да, спрен был прав. Но вместо того чтобы признаться себе в этом, Ясна кинулась в бой. Буресвет бушевал в ее венах. Она отсекла одну из рук-топоров Сплавленного, а он ударил ее другой и сбил с ног. Она тряхнула головой и снова призвала клинок, замахнулась им, когда рука сплавленного понеслась вперед, как таран. Ясна отрубила его топор, но культя ударила ее в грудь. Панцирь вырос поверх нее, как корни дерева, и пригвоздил к земле.

Сплавленный шагнул в сторону, отломав панцирь в локте и оставив Ясну обездвиженной. Потом он повернулся – ее телохранители отвлекли его.

«Ах, мы получаем столько чудесных впечатлений, – съязвил Айвори. – Как мило».

Другие певцы подскочили к Ясне и принялись вонзать тонкие пики в ее забрало. Одна из них пронзила ей глаз, заставив закричать. Буресвет исцелил рану, и шлем запечатал щель, чтобы предотвратить дальнейшие атаки. С буресветом она не нуждалась в отверстиях, чтобы дышать. Но это, как и быстрый призыв клинка, было уступкой. Риском раскрыть, кто она такая.

Она высвободила руку из-под панциря, потом использовала Айвори в виде кинжала, чтобы прорубить себе путь к свободе. Выкатилась, повалив нескольких певцов, пинками вынудила упасть еще нескольких. Но стоило ей остановиться, как шквальный Сплавленный ринулся в атаку, ударил ее руками-топорами по голове и расколол доспех. Шлем взвыл от боли и раздражения, а потом щедро глотнул ее буресвета, восстанавливая себя.

«Весело-то как, – продолжил иронизировать Айвори. – Но конечно, Ясна не будет использовать свои силы. Она хочет и дальше притворяться простым солдатом».

Королева зарычала, поднялась на одно колено и ударила Сплавленного кулаком по ноге, но там вырос панцирь еще до того, как она успела коснуться врага. От ее удара существо даже не шелохнулось. Айвори стал коротким мечом в ее руке, и она принялась рубить Сплавленного, однако это открыло врагу возможность еще раз стукнуть ее по шлему – и от этой атаки она рухнула плашмя. Застонала, опираясь ладонью на камень.

«Твердый камень, – отметил внутренний голос. – Счастливый и довольный своей жизнью на равнинах». Нет, он будет сопротивляться ее просьбам измениться.

Враг начал наносить сокрушительные удары, Айвори превратился в щит на ее предплечье. Кровь на щеке Ясны смешалась с потом; хотя ее глаз зажил, пехотинцы-певцы пытались снова ее достать, и телохранители делали все возможное, чтобы их сдержать.

Ну ладно.

Она потянулась к воздуху, который сегодня был застоявшимся и угрюмым. Втягивая буресвет из камней на поясе, отдала единственную команду: «Изменись». Никаких просьб, как во времена ее молодости. Только твердость.

Скучающий воздух внял приказу и превратился в масло, которое хлынуло дождем – кое-что даже попало сражающимся в рот. Ее телохранителям был известен этот сигнал, и они отступили, кашляя и спотыкаясь, освободив круг в десять ярдов диаметром, с Ясной в центре. Вражеские солдаты сыпали ругательствами, кашляли и продолжали топтаться на месте.