Книга Осколок зари, страница 93 – Брендон Сандерсон

— Я согласна на эти условия, если пообещаешь, что никто из команды «Странствующего паруса» не пострадает от твоих сородичей. Надеюсь, все мои люди живы?

— К сожалению, на пляже они вступили в конфликт с нашими специализированными ордлецами, – вздохнул Никли. – Сияющие увели моряков под защиту города, однако трое погибли. Тем же, кто остался на корабле, по моей просьбе обеспечена безопасность.

У Рисн свело внутренности при мысли о тех, кто расстался с жизнью по ее вине. Но все же опасения не оправдались – погибли не десятки.

— А ты, – обратился Никли к Струне, – будешь защищать Осколок Зари, сражаться за него?

— Нет. – Струна встала, держа шлем под мышкой.

— Но…

— Я не солдат, – ответила Струна, и ее голос смягчился. – Чтобы стать полезной в таком деле, мне необходимо получить опыт. Я пойду на войну и научусь использовать ваш дар. Я выступлю против Приносящих пустоту, раз мой отец отказывается. И как только наберусь опыта, я рассмотрю твою просьбу.

Никли взглянул на Рисн, и та пожала плечами:

— Пожалуй, она права, Никли.

— Хорошо. – Никли очень по-человечески вздохнул. – Струна, ты поклянешься честью своей матери и своего отца, что сохранишь эту тайну и никому не выдашь ее. Даже кровным родственникам.

— Я и не думала, что ты так хорошо знаешь мой народ, – слегка удивилась рогоедка. – Я даю эту клятву. – И Струна торжественно произнесла слова на родном языке.

— Наши договоренности достигнуты? – с надеждой спросила Рисн.

— Да, – подтвердил Никли. – Детали обсудим позже, но в целом мы согласны с твоими условиями, Рисн Фтори ба-Встим. Твоя жизнь – награда за благородство. Духозаклинатели и доспех – плата за то, что ты будешь обучать нас и помогать нам.

У Рисн огромная тяжесть свалилась с души. Обучаясь у Встима, она и представить себе не могла, что однажды его уроки спасут ей жизнь. И возможно, они спасут нечто гораздо более важное.

— Значит, Рисн теперь Носительница Осколков? – поинтересовалась Струна. – Точнее, Носительница Осколка Зари?

— Нет, – ответил Никли. – Она не носительница. Теперь она сама Осколок Зари. Вот так это устроено. – Он поклонился Рисн. – Мы еще поговорим.

Рисн приподнялась, опершись о скамейку, а затем медленно поклонилась в ответ. «Буря! – подумала она. – Что я наделала?»

«То, что тебе было нужно, – отозвалась другая часть ее сознания. – Ты сумела принять; ты сумела измениться».

Вот так Рисн постигла – правда, пока лишь чуть-чуть – природу Повеления, оказавшегося в ней.

Воля бога – переделывать все, требовать, чтобы оно стало лучше.

Сила, способная преобразовывать.

Лопен ласково похлопал по камням.

— Я никогда не забуду вас, – сказал он, – и время, которое мы провели вместе.

Рушу убрала блокнот с зарисовками разрушенного города. Через несколько часов после битвы они в последний раз обходили развалины Акины.

— Вы поступили храбро, – продолжал Лопен. – И хотя я прекрасно понимаю, что вы всего лишь камни, вы мертвые, точнее, никогда не были живыми, а потому не можете меня услышать, я торжественно заявляю, что ценю вашу жертву.

— Не мог бы ты вести себя не столь абсурдно? – осведомилась Рушу. – Хотя бы один денек для разнообразия? Попробуй, а? Всего лишь попытайся воспринимать этот мир так же, как это делаем все мы.

— Ты видела, что совершили эти камни?