Книга Слова сияния, страница 690 – Брендон Сандерсон

Он сжимал хватку, не давая вырваться крику о помощи, и придвигался все ближе, прижимая Садеаса к стене, перехватывая его руку свободной рукой. Но Садеас был опытным солдатом. Он попытался вырваться из захвата, вывернув Адолину руку.

Принц продолжал давить, но потерял равновесие. Они упали и покатились кубарем по полу. Это не была просчитанная напряженность дуэльной арены и даже не методичная мясорубка поля боя.

Двое вспотевших мужчин, что сражались из последних сил, на грани паники. Адолин был моложе, но все еще в синяках после столкновения с Убийцей в Белом.

Он сумел подмять противника под себя, и, когда Садеас попытался заорать, Адолин ударил его затылком о каменный пол, чтобы оглушить. Хрипло дыша, принц схватил поясной нож. Направил острие к лицу Садеаса, но тот успел поднять руки и вцепиться в запястье противника.

Адолин, охнув, налег на нож, сжимая его в левой руке. Пришлось помочь себе правой – он надавил ею на перекрестье, хоть запястье и полыхало от боли. Капли его пота падали Садеасу на лоб, кончик лезвия касался левой ноздри великого князя.

— Мой отец, – пропыхтел молодой человек, и пот с его носа закапал на лезвие ножа, – думает, что я лучше его самого. – Он напрягся и почувствовал, как хватка Садеаса слабеет. – К несчастью для тебя, он ошибается.

Садеас заскулил.

Собрав все силы, Адолин рывком поднял нож, вонзил лезвие в глазницу врага – глаз лопнул, точно спелая ягода, – и вогнал его до упора прямо в мозг.

Садеас содрогнулся; вокруг лезвия собралась кровь, когда Адолин подвигал им, чтобы не сомневаться в исходе.

Миг спустя возле князя появился осколочный клинок – старый клинок Далинара. Великий князь Садеас был мертв.

Адолин отпрянул, чтобы не испачкаться в крови, хотя манжеты уже были в пятнах. Буря! Он действительно это сделал? Он… взял и убил великого князя?!

Принц потрясенно уставился на меч. Ни он, ни его противник не призвали клинки для битвы. Пусть это оружие и стоило целое состояние, в таком ближнем бою толку от него бы меньше, чем от камня.

Когда в голове прояснилось, Адолин подобрал меч и побрел прочь. Он выбросил клинок из окна – уронил на выступ на одной из террас внизу, предназначавшийся, видимо, для декоративных растений. Там, скорее всего, меч будет в безопасности.

После этого у него хватило ума отрезать манжеты, стереть меловые отметки на стенах собственным клинком и уйти как можно дальше, прежде чем отыскать один из разведывательных отрядов и притвориться, что он давно уже находится именно в той части башни.

Далинар наконец-то совладал с запорным механизмом и налег на металлическую дверь в конце лестницы. Дверь здесь была устроена прямо в потолке, и ступени упирались в нее.

Люк отказывался открываться, хотя был не заперт. Далинар смазал части механизма. Почему он не работает?

«Ну разумеется, крем», – сообразил великий князь. Призвав осколочный клинок, он сделал несколько быстрых надрезов вокруг люка. Потом, хоть и не без усилий, сумел его откинуть. Перед Далинаром открылся путь на самую вершину города-башни.

Он улыбнулся, ступив на крышу. Пять дней исследований завели Адолина и Навани в глубины Уритиру. А вот Далинара все время тянуло наверх.

Для такой громадной башни крыша была, в общем-то, относительно невелика, и не так уж много на ней оказалось крема. На подобной высоте во время Великих бурь редко шли дожди, и все знали, что крем на востоке гуще, чем на западе.