Книга Слова сияния, страница 655 – Брендон Сандерсон

Сила прежде слабости.

— Вы. Его. Не. Получите!

— Моаш, прикончи его, – потребовал Грейвс.

— Буря!.. – выдохнул Моаш. – Нет нужды. Ты только глянь. Он не сможет драться.

Каладин чувствовал себя выжатым. По крайней мере, он встал.

Это конец. Путешествие началось – и завершилось.

Вопли. Кэл теперь их слышал, как будто они приближались.

«Он мой! – воскликнул женский голос. – Я предъявляю на него права».

Кэл нарушил клятву.

— Он слишком много видел, – возразил Грейвс. – Если он сегодня не умрет, то предаст нас. Моаш, ты знаешь, что я прав. Убей его.

Нож выскользнул из пальцев Каладина и со звоном упал на пол. Он слишком ослабел, чтобы удержать оружие. Рука опустилась безвольной тряпкой, и Кэл оцепенело уставился на нож.

«Мне наплевать».

Он убьет тебя.

— Кэл, прости, – сказал Моаш и шагнул вперед. – Надо было мне все сразу быстренько закончить.

Слова, Каладин. – Это был голос Сил. – Ты должен произнести слова!

Я это запрещаю.

Твоя воля мне не указ! – закричала Сил. – Тебе меня не удержать, если он произнесет слова! Слова, Каладин! Скажи их вслух!

— Я буду защищать даже тех, кого ненавижу, – прошептал Каладин окровавленными губами. – До тех пор, пока так будет правильно.

В руках Моаша появился осколочный клинок.

Далекий грохот. Гром.

Слова приняты, –с неохотой проговорил Буреотец.

— Каладин! – Голос Сил. – Длань свою протяни! – Она заметалась вокруг него, внезапно сделавшись видимой, лентой из света.

— Не могу… – из последних сил проговорил Каладин.

— Длань свою протяни!!!

Он вытянул перед собой дрожащую руку. Моаш поколебался.

В пролом в стене ворвался ветер – и Сил-лента превратилась в светящийся туман, как она частенько делала. Серебристое туманное облачко выросло и сгустилось перед Каладином и легло в его руку.

Из тумана появился лучащийся ярким светом осколочный клинок с пылающими синим узорами-завитушками вдоль всего лезвия.

Кэл ахнул, словно впервые полностью пришел в себя. Коридор погрузился во тьму – все до единой буресветные лампы мигнули и погасли.

На миг они очутились во мраке.

А потом Каладин превратился во вспышку.

Свет рванулся из его тела, и бывший раб засиял точно ослепительное белое солнце в ночи. Моаш отпрянул, вскинув руку, чтобы защитить глаза. Лицо его побледнело в этом сиянии.

Боль испарилась, как туман в жаркий день. Каладин крепче сжал светящийся осколочный клинок – оружие, рядом с которым мечи Грейвса и Моаша потускнели. Одно за другим распахивались ставни по всему коридору, и ветер с воем врывался в открытые окна. За спиной у Каладина на полу проступили кристаллы льда, разрастаясь все дальше и дальше от него. Лед принял форму глифа, очень похожего на крылья.

Грейвс закричал и, попытавшись удрать, упал. Моаш попятился, не сводя глаз со своего капитана.

— Сияющие рыцари, – тихо проговорил Каладин, – вернулись.

— Слишком поздно! – крикнул Грейвс.

Бывший раб нахмурился и бросил взгляд на короля.

— Диаграмма предупреждала об этом, – бормотал Грейвс, пятясь по коридору задом. – Мы упустили. Мы совсем это упустили! Мы сосредоточились на том, чтобы отделить тебя от Далинара, а не на том, во что наши действия могут тебя превратить!

Моаш перевел взгляд с Грейвса на Каладина. И, бряцая доспехом, бросился прочь по коридору, вскоре скрывшись из вида.