Книга Слова сияния, страница 652 – Брендон Сандерсон

— Посмотрим, сможешь ли ты поцарапать этот металл своим клинком. Будь аккуратен! Нельзя испортить Клятвенные врата, если я не права.

Ренарин подошел и осторожно, рукой направляя лезвие сверху, поместил острие меча на металл рядом с замочной скважиной. Он хмыкнул, когда клинок не вошел. Приложил чуть больше усилий, но металл сопротивлялся клинку.

— Они из одного и того же материала! – взволнованно воскликнула Шаллан. – И щель выглядит так, словно клинок в нее как раз поместится. Попытайся его вложить внутрь, очень медленно.

Он так и сделал, и, когда острие вошло в дыру, вся форма замочной скважины изменилась – металл перетек, подстраиваясь под осколочный клинок Ренарина. Сработало! Он вложил меч до конца, и они повернулись, осматривая комнату. С виду все осталось по-прежнему.

— Что-нибудь изменилось? – спросил Ренарин.

— Должно было, – прошептала Шаллан. Возможно, они открыли дверь. Но как повернуть то, что здесь заменяло дверную ручку?

— Нам требуется помощь светледи Навани, – добавила Шаллан. – Что еще важней, мы должны всех привести сюда. Ступайте, солдаты, мостовики! Бегите и передайте Далинару, чтобы собрал свои войска на этом плато. Скажите, что, если он этого не сделает, все обречены. А с вами, ученые дамы, мы объединим усилия и будем вычислять, как эта штуковина работает, буря бы ее побрала!

Адолин танцевал вместе с бурей, обмениваясь ударами с Эшонай. Она была хороша, хотя и использовала незнакомый ему стиль боя. Воительница металась туда-сюда, прощупывая его защиту клинком, и казалась неистовой трескучей молнией среди дождя.

Человек не отставал от нее, нанося размашистые удары осколочным мечом, тесня прочь. Дуэль. Он мог победить на дуэли. Даже посреди бури, даже против монстра, это было ему по силам. Принц гнал ее по полю боя, все ближе к тому месту, где его войска пересекли ущелье, чтобы присоединиться к битве.

Вести ее было нелегко. Он встречался с этой Эшонай только дважды, но чувствовал, что знает ее по тому, как она сражалась. Адолин ощущал ее жажду крови. Жажду убийства. Азарт. Сам принц его не замечал, но понимал, что чувствует она.

Вокруг паршенди метались или сражались там, где его люди их окружили. Адолин миновал паршенди, который попытался уползти, когда солдаты сбили его с ног, но они догнали его и вскрыли брюхо. Вода и кровь залили плато, и между громовыми раскатами звучали неистовые вопли.

Гром. Далекий гром с запада. Адолин бросил взгляд в том направлении и едва не утратил сосредоточенность. Он увидел, как все начинается – как дождь и ветер закручиваются в гигантскую колонну, вокруг которой сверкают красные вспышки.

Эшонай замахнулась на него, и он сконцентрировался, парируя удар предплечьем. Эта часть его доспеха слабела, из трещин вытекал буресвет. Он выдержал атаку и обрушил собственный клинок на бок Эшонай, держа его одной рукой. Она охнула, но не сложилась пополам. Даже не отпрянула. Напротив, подняла свой клинок и нанесла еще один сильный удар по его предплечью.

Броневая пластина взорвалась с яркой вспышкой, разлетелась на оплавленные осколки. Вот буря! Адолину пришлось отдернуть руку, скинуть перчатку – она теперь стала слишком тяжелой без пластины, державшей вес. Он обнаженной кожей ощутил порыв ветра, который оказался на удивление сильным.