Книга Слова сияния, страница 501 – Брендон Сандерсон

Один полный набор осколков отойдет генералу Халу, и я приказал, чтобы два набора доспехов отдали подходящим светлоглазым достаточно высокого ранга, что служат в армии моего отца. – Адолин кивком указал на предметы в руках своих придворных. – Остается один полный набор. Честно говоря, мне очень любопытно узнать, правдивы ли предания. Действительно ли у темноглазого, овладевшего осколочным клинком, глаза изменяют цвет?

Каладин испытал приступ сильнейшей паники. Снова. Все опять повторялось.

Оружейники развернули ткань, открыв мерцающий серебристый клинок. Он был с выступами с обеих сторон, по центру бежал узор из вьющихся лоз. У ног оружейников, как выяснилось, лежал доспех, выкрашенный в оранжевый цвет, полученный от одного из воинов, которых Каладин помог победить.

Если он возьмет осколки, все изменится. Кэл тотчас же почувствовал себя больным, чуть ли не калекой. Он повернулся к Адолину:

— Я могу поступать с ними как пожелаю?

— Возьми их, – предложил Адолин, кивая. – Они твои.

— Уже нет, – возразил Каладин и указал на одного из членов Четвертого моста. – Моаш, забирай. Теперь ты осколочник.

Моаш побелел. Кэл напрягся. В прошлый раз… Он дернулся, когда Адолин схватил его за плечо, но случившаяся в армии Амарама трагедия не повторилась. Взамен Адолин выволок Каладина обратно в коридор и поднял руку, призывая мостовиков замолчать.

— Секундочку, – велел Адолин. – Никому не двигаться. – Потом, понизив голос, он прошипел Каладину: – Я. Даю тебе. Осколочный клинок. И осколочный доспех.

— Спасибо, Моаш найдет им хорошее применение. Он тренировался с Зайхелем.

— Я не давал их ему. Я отдал их тебе.

— Если они в самом деле мои, я могу поступать с ними как пожелаю. Или они на самом деле не мои?

— Да что с тобой такое?! – взорвался принц. – Это ведь мечта каждого солдата, темные у него глаза или светлые. Ты так озлобился? Или… или… – Адолин казался совершенно сбитым с толку.

— Я не озлобился, – тихонько проговорил Каладин. – Адолин, эти клинки убили слишком многих, кого я любил. Я не могу на них смотреть, не могу к ним прикасаться, не увидев кровь.

— Ты бы сделался светлоглазым. – Адолин перешел на шепот. – Даже если бы твои глаза не изменили цвет, ты бы им стал. Осколочникам немедленно присваивают четвертый дан. Ты мог бы вызвать Амарама на дуэль. Вся твоя жизнь изменилась бы.

— Не хочу, чтобы моя жизнь изменилась, благодаря тому, что я сделался светлоглазым. Я мечтаю, чтобы жизни таких, как я… какой я сейчас… стали другими. Этот подарок не предназначен мне. Я не пытаюсь тебя разозлить или еще чего-нибудь. Просто мне не нужен осколочный клинок.

— Убийца вернется. Мы оба это знаем. Я хочу, чтобы ты был с осколками и прикрыл мне спину.

— От меня будет больше пользы без них.

Адолин нахмурился.

— Позволь мне отдать осколки Моашу, – попросил Каладин. – Ты видел на арене, что я прекрасно справляюсь без клинка и доспеха. Если осколки будут у одного из моих лучших людей, мы сможем сразиться с ним втроем, а не вдвоем.

Адолин заглянул в комнату, потом перевел на Каладина скептический взгляд.

— Ты точно чокнутый, сам знаешь.

— Ну и пусть.

— Ладно, – согласился Адолин и решительным шагом вернулся в комнату. – Ты Моаш, верно? Похоже, эти осколки твои. Поздравляю. Теперь ты превосходишь по рангу девяносто процентов населения Алеткара. Выбери себе фамильное имя и попросись в один из Домов под знаменем Далинара – или можешь основать собственный, если пожелаешь.