Книга Слова сияния, страница 255 – Брендон Сандерсон

«Духозаклинатели?»

Обычно они не показывались днем.

— Ждите здесь, – велел он телохранителям и побежал к жрецам.

Три мостовика подчинились. Будь с ними Каладин, он настоял бы на том, чтобы пойти следом. Возможно, этот парень действовал так из-за своей странной должности. Зачем отцу Адолина понадобилось поднять темноглазого солдата по карьерной лестнице? Принц разделял идею о том, что к людям надо относиться с уважением и честью независимо от цвета глаз, но Всемогущий определил так, что одни люди должны были командовать, а другие – подчиняться. Это был просто-напросто естественный порядок вещей.

Паршуны, несущие шесты, проследили за его приближением, потом уставились в землю. Ближайшие ревнители дали Адолину пройти, хотя им было неловко. Принцу позволялось видеть духозаклинателей, но являться к ним с визитом не принято.

Во вре́менной шелковой комнате Адолин обнаружил Кадаша – одного из главных ревнителей Далинара. Этот высокий мужчина когда-то был солдатом, о чем свидетельствовали шрамы на его голове. Он беседовал с ревнителями в одеждах кроваво-красного цвета.

Духозаклинатели. Этим словом обозначали и мастеров искусства, и фабриали, которыми они пользовались. Сам Кадаш к их числу не относился; он был в обычных серых одеждах, а не в красных, с обритой головой и аккуратной бородой. Заметив Адолина, он после мгновенного замешательства уважительно склонился. Кадаш в строгом смысле слова был рабом, как и все ревнители.

Это относилось и к пятерым духозаклинателям. Каждый стоял, прижав к груди правую руку и демонстрируя сверкающий фабриаль на тыльной стороне ладони. Одна из них внимательно посмотрела на Адолина. Буреотец… этот взгляд не был полностью человеческим, уже не был. Продолжительное использование духозаклинателя преобразило глаза женщины так, что они сверкали точно самосветы. Ее кожа затвердела и сделалась похожей на гладкий камень, покрытый сетью тонких трещин. Как если бы она была ожившей статуей.

Кадаш поспешил к Адолину.

— Светлорд, – сказал он. – Я и не думал, что вы придете наблюдать.

— Я здесь не ради наблюдения, – пояснил Адолин, с беспокойством поглядывая на духозаклинателей. – Просто проходил мимо. Разве вы обычно занимаетесь этим не ночью?

— Мы больше не можем себе этого позволить, светлый. Потребность в духозаклинателях слишком высока. Здания, еда, устранение отходов… Чтобы всюду успевать, нам придется начать обучение множества жрецов, которые смогут пользоваться каждым из фабриалей, работая посменно. Ваш отец одобрил это несколько дней назад.

Это повлекло за собой пристальные взгляды нескольких ревнителей в красных одеждах. Что они думали о том, что другие будут упражняться с их фабриалями? Почти нечеловеческие лица были непроницаемы.

— Понимаю, – сказал Адолин.

«Клянусь бурей, до чего же мы зависим от этих штук!»

Все только и твердили, что об осколочных клинках и доспехах, о преимуществах, которые те давали в войне. Но на самом деле именно эти странные фабриали – и зерно, созданное с их помощью, – позволяли войне длиться до сих пор.

— Мы можем начинать, светлый? – спросил Кадаш.

Адолин кивнул, и Кадаш, снова подойдя к пятерке, отдал несколько коротких указаний. Он говорил быстро и взволнованно. Было странно видеть Кадаша таким, ведь обычно он держался невозмутимо. Духозаклинатели так действовали на всех.