Книга Слова сияния, страница 183 – Брендон Сандерсон

Великий князь начал спускаться по тропе, что зигзагами шла вниз по склону, направляясь к конюшням у его подножия. Каладин догнал его. Далинар, судя по виду, был погружен в глубокие раздумья.

«Он так ничего и не объяснил по поводу своих приступов во время Великих бурь, – подумал Каладин. – Разве ему не следует что-то сказать?»

Они раньше обсуждали видения. Что же видел Далинар – или думал, что видел?

— Итак, солдат, – заговорил великий князь Холин, пока они шли. – О чем ты хотел со мной побеседовать?

Каладин сделал глубокий вдох:

— Год назад я был солдатом в армии Амарама.

— Так вот где ты выучился. Я должен был догадаться. Амарам – единственный генерал в княжестве Садеаса, по-настоящему наделенный способностями к руководству.

— Сэр, – выдавил Каладин, останавливаясь на ступеньках, – он предал меня и моих людей.

Далинар замер и посмотрел на него:

— Полагаю, Амарам принял неудачное решение в бою? Никто не безупречен, солдат. Если он послал твой отряд туда, где было плохо, я не думаю, что это было намеренно.

«Нужен решительный рывок, – приказал себе Каладин, заметив Сил, которая сидела на гребне сланцекорника, неподалеку справа. Она кивнула ему. – Он должен знать».

Просто…

Юноша никогда никому не рассказывал эту историю целиком. Даже Камню, Тефту и остальным.

— Все было не так, сэр. – Каладин в свете сфер посмотрел Далинару прямо в глаза. – Я знаю, откуда у Амарама осколочный клинок. Я там был. Я убил осколочника, которому он принадлежал.

— Это не может быть правдой, – медленно произнес Далинар. – Случись так, ты бы получил и доспех, и клинок.

— Амарам забрал их себе, а потом перебил всех, кто знал правду. Всех, кроме одного солдата, – его убивать не стал, а заклеймил как раба и продал. Совесть не позволила.

Великий князь молчал. Склон холма позади него был совершенно черным, освещенным лишь звездами. В кармане Далинара сияло несколько сфер, просвечивая сквозь ткань мундира.

— Амарам – один из лучших людей, которых я знаю, – наконец проговорил он. – Он безупречно честен. Я ни разу не видел, чтобы он хотя бы воспользовался случайным преимуществом над противником во время дуэли, даже в тех случаях, когда подобное было бы допустимо.

Каладин не ответил. Когда-то он тоже в это верил.

— У тебя есть доказательства? – спросил Далинар. – Ты понимаешь, что я не могу в таком вопросе положиться на слово одного человека.

— Точнее, слово одного темноглазого, – бросил Каладин, стиснув зубы.

— Проблема не в цвете твоих глаз, – возразил Далинар, – но в серьезности твоего обвинения. Слова, произнесенные тобой, опасны. У тебя есть хоть одно доказательство, солдат?

— Есть и другие свидетели того, как он забрал осколки. Люди из его личной гвардии, которые убивали по его приказу. И еще бурестраж. Средних лет, с острым лицом. У него была борода, как у ревнителя. – Каладин помедлил. – Они все были соучастниками, но, возможно…

Далинар тихонько вздохнул в ночи:

— Ты говорил кому-то еще о том, в чем обвиняешь его?

— Нет.

— Продолжай держать язык за зубами. Я выясню все у Амарама. Спасибо, что посвятил меня в эту историю.

— Сэр! – Каладин шагнул к Далинару. – Если вы действительно верите в справедливость, то…

— Парень, хватит на сегодня, – перебил Далинар спокойно и резко. – Ты высказался, а теперь молчи, если не можешь предложить мне что-то другое в качестве доказательства.