Книга Ветер и Правда. Том 1, страница 66 – Брендон Сандерсон

— Это было нечто! – сказал Дрехи, плюхаясь рядом с ней.

— А что с Храбрецом? – с болью спросил Адолин. – Его сплетение еще действует?

— Должно… – ответил Дрехи и достал свой маленький фабриаль. – Мы движемся в правильном направлении, на Азимир. Мм… Наверное.

— Наверное? – переспросила Шаллан.

— Прибор указывает на нечто очень отдаленное. Сородич назвал его «Погребальным Звоном, истоком Течения, смертью бога».

— Очень жизнеутверждающе, – заметила Шаллан, садясь.

— Так мы получаем ориентир, – объяснил Дрехи. – Фабриаль всегда указывает в направлении Звона. Я знаю, под каким углом следовало двигаться от Стойкой Прямоты. Думаю, мы не слишком отклонились от курса…

Адолин принялся расхаживать по комнате. В минуты волнения он становился похож на отца.

— Мы можем подняться и отправить кого-нибудь на поиски?

Шаллан переглянулась с Дрехи. Тот кивнул. Она подняла сооружение наверх и открыла окошко в потолке. Дрехи сам унесся на сплетении, однако компас оставил спутникам. На всякий случай.

Не прошло и пяти минут, как он снова опустился на крышу импровизированного корабля и заглянул в проделанную дыру:

— Вам надо это видеть…

* * *

Неподалеку находился островок – отражение озерца в реальном мире. Там Шаллан с восторгом обнаружила скачущего Храбреца, живого и здорового, как и говорил Дрехи.

Его окружал целый табун светящихся лошадей.

Шаллан уже видела такую: на ней ездил Нотум. Не совсем лошадь, но нечто, вызывающее то же впечатление: существо с длинной гладкой шеей и летящими по ветру прядями волос. Сияющее, грациозное, эфемерное.

Увидев Адолина, летевшего вместе с Дрехи, Храбрец радостно заржал и рванул навстречу. Табун не отставал.

Достигнув края берега, лошади – в том числе и Храбрец – просто побежали дальше, галопом несясь по воздуху, высекая копытами искры и оставляя мерцающие следы. Как и прежде, полет нисколько не смущал ришадиума. В сущности, он словно ожидал, что сплетение сработает именно так. Как будто… как будто он частенько скакал в небе с призрачным табуном.

Адолин встретил его радостным возгласом и крепко ухватил за шею. Вокруг них проносились эфемерные лошади – спрены музыки, как говорили Шаллан, хотя сходства она не усматривала. Но она заметила то, о чем давно следовало догадаться. Едва ступив в Шейдсмар, она обратила внимание, что Храбрец оставляет за собой странный светящийся послеобраз. Следующий за ним силуэт… Неужели один из спренов музыки связан с ним узами? Накладывается на него?

В конце концов лошади двинулись прочь, напоследок потыкавшись в Храбреца мордами. Все, кроме одной, которая помедлила, через плечо глядя на Адолина. Этот похожий на лошадь спрен вернулся и до странности доверчиво ткнулся мордой в Адолина. Князь поднял руку, чтобы потрепать его гриву. Их общение длилось всего миг, а потом спрен ускакал по воздуху вслед за остальными.

— Что это было? – спросила Шаллан.

— Этот спрен кажется мне знакомым, – произнес Адолин. – Глаза… где-то я их раньше видел…

Он оборвал мысль, поскольку Храбрец поплыл вниз. Действие сплетения – или же чего-то другого, данного спренами музыки, – закончилось. Дрехи пришлось рвануться за ним и наложить на ришадиума новое сплетение, что тот воспринял с поразительным спокойствием.

— Я рад, что животное в порядке, – кивнул Дрехи. – Однако вам стоит увидеть еще кое-что, – махнул он рукой в другую сторону. – Я заметил лошадей и полетел сюда. А потом разглядел это.