Книга Ветер и Правда. Том 1, страница 357 – Брендон Сандерсон

— Пора принимать решение.

— Значит, мы его примем.

Далинара потрясло то, с какой легкостью он подыграл видению. В первые разы выходило так топорно! Теперь же вливаться в разговор стало привычным, почти второй натурой.

— Ты так легко это говоришь, – заметил Йезриен.

— У меня было много времени на раздумья, – сказал Далинар, тщательно избегая излишней конкретики. Нельзя допустить, чтобы видение развалилось до того, как он найдет новый якорь для следующего прыжка во времени. – И все же решение от меня ускользает. Обрисуешь мне проблему, как мы ее знаем, еще разок?

— Мудрый выбор, – произнес Ишар, усаживаясь рядом с ними.

Он выставил руки перед собой в странном жесте – ладонями вверх. Для остальных он явно что-то значил, но одна лишь способность говорить на языке не давала Далинару понимания сопутствующего культурного контекста.

— Как всегда, Калак, твое спокойное благоразумие воодушевляет, – продолжил Ишар. – Со стороны кажется, что никакое решение, сколь угодно болезненное, будто бы не выводит тебя из равновесия.

— Я всего лишь хорошо это скрываю, – ответил Далинар.

— Ты чересчур спокоен, – сказала Чана, садясь, и странно повела рукой по дуге, шевеля пальцами. – Ты всегда был шошау. Мне аж хочется вывести тебя из себя.

Она улыбнулась, но это слово, «шошау»… Он понял его наполовину. Какая-то идиома?

Сидевшая рядом Навани бросила на Далинара взгляд, и он подумал, что понял его, поскольку хорошо ее знал. Она была впечатлена. Тонкое ведение беседы никогда не относилось к числу его талантов. Но… время и опыт, очевидно, способны сделать дипломата даже из старого белоспинника вроде него.

— Наш народ продолжает биться об ограничения, наложенные певцами, – сказал Йезриен от огня. – Минуло пятьдесят лет, и вот уже назревает война. Неизбежная.

— Я бы не хотела, чтобы мы снова к этому пришли, – проговорила последняя участница сцены, сидевшая у костра: одетая в зеленое женщина с длинными черными волосами и внешностью алети. – После того, что случилось в прошлый раз… – Она закрыла глаза, и ее охватило мягкое свечение. – Молитвы. Молитвы, небеса и песни…

Далинар вздрогнул. Глаза Навани расширились. Это был не буресвет, но ощущение возникло сходное. Это было управление потоками – за несколько столетий до появления Сияющих рыцарей. Действие, похоже, привлекло какого-то спрена: за спиной женщины в темноте проступила светящаяся фигура. Что-то в ней казалось знакомым, словно… отголосок чего-то виденного Далинаром ранее.

Через секунду она пропала.

— Ведель, мы не допустим, чтобы дело зашло настолько далеко, – пообещал Йезриен, обращаясь к переставшей сиять женщине.

— Но вышние небеса и нижние звери! – воскликнула Чана. – Что-то делать нужно, ваше величество. Тридцать человек перебито!

Вокруг нее вскипели спрены гнева: вероятно, к этому времени люди уже привлекали спренов, в отличие от прошлого видения.

— Не из наших людей, – уточнил Ишар, сопроводив слова очередным странным жестом: поднял два пальца. – Из мятежников Макибака.

Шалаш метнула на него испепеляющий взгляд:

— Ты развяжешь очередную войну с ними. С Нейлом.

— Они не являются частью нашего народа, – сказал Ишар, повторив тот же жест. – И никогда не являлись, дитя.

— Вот что! – воскликнула Эш, вставая. – Мне надоело, что меня так называют!