Книга Ветер и Правда. Том 1, страница 108 – Брендон Сандерсон

Адолин притворил дверь. Возможно, следовало поприветствовать отца, с которым они не виделись несколько недель. Он взглянул на Далинара.

Нет. После расставания они поступят как положено: не станут возвращаться к случившемуся и дадут ему загнить.

Едва дверь закрылась, как в нее постучали. Адолин выглянул в щелку, а потом открыл, увидев, что гвардеец жестом указывает на пожилого реши в свободной мантии, с мускулистой грудью и крепким телосложением. Вроде это был один из вождей с островов. Несколько последних месяцев он находился в башне с визитом.

Его никогда не приглашали на совещания. Он и не просил: просто взял стул и встал у двери в ожидании вместе с сыном, часто одевавшимся по-тайленски.

Адолин бросил взгляд в зал. Этот решийский король правил всего парой сотен человек, уступая в могуществе даже мелким алетийским землевладельцам. Он был Сияющим – единственным оставшимся в башне пыленосцем, – однако допуск на совещания получали не многие Сияющие.

На миг повисла тишина, которую прервал Норка:

— У нас в Гердазе есть присказка: «Каким бы дальним ни был кузен, он все равно родня». Король малой страны – все равно король.

— Прошу, входите, – сказал Далинар, кивая решийскому вождю и жестом приглашая внутрь. – Но предупреждаю: многое из обсуждаемого может быть малопонятно без знания контекста.

Реши молча внес свой стул, разместил его в задней части комнаты, рядом с азирскими верховными, и уселся с царственным видом. Честно говоря, Адолин сомневался, что тот может связать по-алетийски больше двух слов. Его присутствие казалось символическим. Адолин снова закрыл дверь.

— Ну вот, все здесь, – произнесла Фэн. – Можем мы наконец начать? На мое королевство надвигается вражеский флот.

— А в мое, – отозвался Янагон, – вот-вот вторгнется целая армия через портал в самом сердце столицы! И раньше, чем в ваше!

— Буря бурь в состоянии пригнать вражеский флот к моим берегам всего за день, – возразила Фэн. – Мы это уже наблюдали в прошлый раз!

— Пожалуйста! – вмешался Далинар. – Мы обсудим оборону каждого королевства. Для начала давайте определимся, где находятся наши силы в настоящий момент.

— Согласна, – сказала Фэн. – Но я все же хочу подчеркнуть: Далинар, это твоя вина. Тебе следовало настоять на том, чтобы границы были зафиксированы в момент заключения соглашения.

Она, безусловно, была права, но так уж получалось с отцом Адолина. Да, он великий человек, но настолько уверенный в собственном величии, что полагал, будто сумеет решить любую проблему самостоятельно.

— Извини, Фэн, – ответил Далинар. – Я стараюсь как могу.

— Твоими стараниями мое королевство захватят, пока ты защищаешь свое! Ты фактически обеспечил нас войной на все эти десять дней.

Тишина. Негодующие взгляды.

«Вот что ты заслужил, отец, – подумал Адолин, чувствуя, что зал обращается против Далинара, будто нацеливая копья на захваченного противника. – Ты вечно ломишься вперед. Делаешь что хочешь. Плюешь, к шквалу, на последствия. Как много лет назад, когда убил мою мать. И не удосужился рассказать об этом мне. Ты…»

— Вы хорошо справились, Далинар Холин, – произнес Янагон. – Мы предоставили вам выступить от лица всей коалиции, и вы нашли решение. Спасибо.

Адолин, нахмурившись, посмотрел на азирского императора. Его родину ожидает вторжение. Почему же он так спокоен?