Онлайн книга «Возрождение клана»
|
Откуда-то сверху, как кошка, прыгнула саламандра и парой точных ударов с ноги отправила измученную Витарель в нокаут. А потом началось нечто невообразимое. Серпентина подбежала ко мне и Оглаю и булавой выбила мечи у нас из рук. Я где-то слышал, что саламандры отлично владеют этим оружием. Но Серпентина, видимо, захотела завладеть мечом Медуз, чтобы воспользоваться им по своему усмотрению. Надоело быть подтанцовкой у Оглая. И это стало ее роковой ошибкой, потому что Танюха мощным ударом ноги выбила у нее из рук булаву. Так мы все остались без оружия. Я не стал ждать, пока противники очухаются, и нанес Оглаю серию ударов-свечек, как учил меня непревзойденный мастер Бо. Тот, конечно, не остался в долгу. Но я с радостью отметил, что лекарь хоть и владеет боевыми искусствами, давненько не тренировался, полагаясь на магию. Краем глаза я отметил, что Таня сцепилась с Серпентиной, и девицы немилосердно дубасят друг друга. Ничего красивого или возбуждающего в этом не было. Под конец они превратились в один комок из ног, рук, красных и каштановых волос. Но через минуту мне стало не до Таньки. Я малодушно подумал, что сейчас кто-нибудь из девчонок оклемается и поможет ей. А сам сосредоточился на схватке с Оглаем, изо всех сил стараясь оглушить мага и передать в руки правосудия. И вдруг раздался такой вопль, что даже Оглай на секунду замер. Серпентина уселась на Таньку и вонзила кинжал ей в живот. Мир померк. Я обрел невиданные силы, схватил мага и швырнул его об стену. Саламандра повторно занесла кинжал, намереваясь добить Таню. И тогда я понял, что не успеваю. Таня должна умереть… Глава 32 И почему синкретисты не летают, как птицы? Говорят, что когда-то могли, а потом почему-то утратили навык. Я за секунду прикинул расстояние между нами и понял, что даже полет меня не спасет. Оставался один шанс, полшанса, четверть шанса. — Серпентина! — рявкнул я. — Я знаю, что значит твое имя, сучка. Змея! Слышишь? Ты обязана подчиниться. Бросай кинжал на землю! Саламандра медленно повернулась ко мне, по уголку ее рта стекала слюна, а глаза выглядели совершенно безумными. Девушка выпустила из рук кинжал и дернулась. Я уж испугался, что Серпентина сейчас ляжет на пол и раздвинет передо мной ноги. Но она сидела неподвижно, будто загипнотизированная. Я подлетел и рывком сбросил саламандру с Тани. Сколько она будет подчиняться? Может, через минуту бросится на меня с кинжалом. Я отшвырнул оружие, едва не попав по дурости в Танриель. И тут очухался Оглай и с ревом двинулся на меня. Вот это регенерация! Зря я недооценивал Хоттабыча. Теперь, когда прошел первый шок, мне стало по-настоящему страшно. С одной стороны — сдвинувшаяся саламандра, с другой — не убиваемый маг Оглай, с третьей — раненая Танюха, которая без помощи вот-вот отправится в лучший мир. А потом я почувствовал легкое колебание ветра и услышал тихие шаги. В следующую секунду в Оглая вонзились два ножа. — Это он сделал?! — крикнул Крисан, указывая на Танюху. — Нет, саламандра. — Господи, вот это каша, — поморщился маг, оглядывая помещение. Затем оглянулся на Серпентину — Твое счастье, огненная девка, что мы из одного клана, и я не могу тебя убить. Зато личико подправлю… Пока Крис избивал саламандру, я осмотрел Танюху. Она еле дышала. Но, когда я наклонился, открыла глаза и прошептала: |