Книга Третья жизнь, страница 91 – Владимир Батаев

— Да ты, смотрю, всё же не щенок, а матёрый волк, — усмехнулась она. — Внешность обманчива, да?

— Моя — да. А твоя — нет, — отбрил её я. — Занялась бы лучше спортом или хотя бы физкультурой. Хотя у нас ещё тренировки ожидаются. Думаю, в том числе с физподготовкой.

Не то, чтоб я любитель бегать кроссы, но вот Анне это точно пошло бы на пользу. Я-то предпочёл бы бегать только до круга перемещения и оттуда до корчмы. А будь моя воля, вовсе подался бы в менестрели и повара по совместительству. И отрастил пузико к двадцати пяти, как признак стабильной и спокойной жизни. Но, как говаривал один мой приятель — хрен там плавал! Никто мне такой возможности не даст. Придётся учиться магии и владению оружием.

— В общем, после обеда пойдём в Арсенал, — констатировал я. — Надо только узнать, где он вообще.

Анна только кивнула. Ну, вот и договорились.

Выйдя в коридор, я сразу влетел в чью-то тушу, здоровенную и одетую в красную униформу.

— Всё, натешились с госпожой, можно мне войти? — пробулькала туша.

Я отступил на шаг и осмотрел внезапное препятствие. М-да, я ещё Анну считал некрасивой? А вот это жабоподобное нечто тогда как назвать? И это — её фрейлина, судя по униформе? Выше меня ростом и шире в плечах... Да что там, морда по ширине примерно как мои плечи!

— Ты из трогглов, что ли? — спросил я.

— Ну, — кивнула она, изобразив полупоклон, поскольку шея не просматривалась в принципе. — Что не так... милорд?

Я мотнул башкой. Я-то думал, что во фрейлины и пажи берут юных аристократов из бедных родов. А ещё думал, будто моя невеста леди Джейнифер похожа на троггла. Но нет, трогглы женского пола выглядят иначе. И куда хуже. Хотя Джейн это привлекательности не добавляет.

— Проследи, чтоб твоя госпожа была готова после обеда идти в Арсенал, — приказал я. — И чтоб к ней по ночам не ходили всякие...

— О, так у вас любовь, — пробулькало это отдалённо похожее на женщину существо.

Правой рукой я приставил кинжал ей под подбородок, а левой, с Сигилом на ладони, помахал перед глазами.

— Я тебе башку отрежу или взорву, как получится, — пообещал я. — Делай, что велено, а пасть держи закрытой.

— Д-да, милорд...

Всё, надоело мне быть добрым парнем. Не понимают тут хорошего отношения. И если это чучело приняло меня за очередного поклонника её хозяйки — это её проблемы, не мои. Такую страховидлу и прикончить будет не жалко, если что. Конечно, не за пару грубых фраз и намёков. Но если не поймёт по-хорошему, то будет по-плохому. Рука у меня не дрогнет. Вот своего ординарца я бы бить не стал, что взять с пацана, максимум подзатыльник отвешу. А вот с нелюдя, больше меня в полтора раза, и спрос по взрослому, даже без скидок на пол.

— Этот коридор объявляется территорией высокой культуры и быта, — сообщил я бабе-трогглу. — Отвечаешь головой.

Конечно, отсылку про высокую культуру и быт она не поняла, но в этой шутке — только малая доля шутки, а остальное правда. И следующему идиоту с флягой настойки, которого тут встречу, я сломаю ноги. А потом и этой страховидле вломлю за то, что не прогнала его раньше.

— Да, милорд! — рявкнула она. — Так точно, милорд! Будет исполнено, милорд!

Хм, видимо, я ещё не утратил навыка корчить зверски-злобные рожи, несмотря на то, что у меня новое лицо. Отлично. Меньше придётся потом делать. Принцип: «Боятся — значит, уважают», всё-таки рабочий, что бы кто ни говорил.