Книга Щекотка ревности, страница 39 – Харитон Мамбурин

— Бал, Конрад Арвистер, — очень серьезным голосом произнесла окутанная дымом Тарасова, — Офигенно крутой бал. Чтобы всем балам бал!

Беда любой сверхстабильной фэнтезийной страны — дефицит острых ощущений. Страшный дефицит, выражающийся в страшном же энтузиазме тогда, когда намечается нерегламентный движ. Да и если по расписанию — тоже. Возможно, сомнийцы бы начали устраивать революции от скуки, если бы их кто-нибудь научил, но увы, такое тут не допускалось. В любом случае, коронация штукой была редкой, а после возникшей социальной напряженности, когда каждая бродячая собака знает, что будущему королю всего два года…

В общем, Крейзен собирался отжечь по полной, и настроен он был серьезнее некуда. Внутренние два кольца города были блокированы стражей, выезд и въезд были только по пропускам, извозчики и трубочисты гребли деньги лопатами, работая с высунутыми языками, а жители самых престижных районов ютились на чердаках и в подвалах, сдавая свои жилища гостям столицы за звонкое золото. Уличные мальчишки ползали по крышам, развешивая флаги, а еще их отстреливали тупыми арбалетными болтами, когда они пытались пролезть и посмотреть на прибывшую делегацию небольшого гномьего клана, живущего с Агалорном по соседству.

Мы, задёрганные армией портных, буквально не вылезали из гостевых покоев. Решив с помощью Брахиуса (точнее, он решил с моей помощью) несколько проблем локального характера и написав пару сотен писем по самым срочным делам королевства (поданных мне Цоллерини), я добился неохотного согласия моих «патронов» на присутствие представителей Гильдии Магов, как во дворце сейчас, так и во время коронации.

Отдельным можно упомянуть попытки кого бы то ни было забрать у меня много-раз-правнука. Попытки были совершенно безуспешными, потому что один трехсотпятидесятилетний вампир легко заменяет врачей, сиделок, астрологов, взвешивателей и пеленальщиков, а непредвзятые свидетели, допущенные до лицезрения дофина, вовсю твердят, что малыш румян, бодр и весел. Тут бы заговорщикам и манипуляторам могли бы помочь маги, но те почему-то были на стороне мерзкого узурпатора, нежити и вообще бастарда (судя по предлагаемой народу легенде).

В общем, нам было весело и потно готовиться к этой процедуре. А накануне вечером, когда всё закончилось и затаилось в предвкушении, ко мне на аудиенцию попросился Брахиус. Толстяк был напряжен, визуально измучен, а еще… немножко пьян. Тянуть он, севший на стул перед моим столом, не стал.

— Ваше величество… — почти прошептал бедолага, — … неужели ничего нельзя сделать?

— Вы имеете в виду что? — удивился я, — Триумфальное возвращение древнего короля, головы недостойных герцогов, почти продавших страну, катятся к подножию его трона, он наводит стальной рукой порядок, безжалостно убивая всех продажных, гнилых и недостойных, а затем в Агалорн возвращаются мир и покой, царившие здесь при правлении Конрада Первого, как-то так?

— ДА! — рявкнул Брахиус, вскакивая со стула, — Я надеялся на это! Верил! Пресмыкался перед всеми этими… перед всей этой… Я хочу этого больше всего, ваше величество!! Все верные стране люди этого хотят! Вы же можете, мы знаем!! Можете!!!

Выпалив всё это, он ожидаемо испугался, бледнея. Сникнув, упал обратно на стул, смотря на меня как жирный лабрадор, выманивающий куриную ножку.