Книга Укус Милосердия, страница 66 – Харитон Мамбурин

— Так, Элвис заходит в здание, — пробормотал я, — Пора выходить…

И вышел, снимая приятно пухленькие зеленые ножки с груди.

— Эй! — возмутилась покидаемая Ульяна, — Да она подниматься еще минут пятнадцать будет!

— А тебе себя в порядок приводить, — справедливо указал я, отстраняясь от использованного стола Эммы Старри с лежащим на ним персоналом, — Снова какую-то моду завели, смотреть страшно.

— Так вот почему ты так долго мог! — тут же начала вредничать гоблинша, но затем, забавно выпучив глаза и охнув, метнулась в ванную приводить расплывшийся по лицу ужас в божеский вид.

Еще бы. Где у нас мода? В Нижнем мире. Кто её первый запускает на невинные улицы Оминполиса? Ульяна и присные, кому как не им, полное здание баб. Вот и теперь, до момента «коитус интерруптус» гоблинша напоминала ведьму с тяжелого недосыпа и не менее тяжелого отравления — могучие тени на глазах, губы в черной помаде, черно-белые чулки, черная одежда… Молодая шлюха в глубоком трауре, не дать ни взять. А уж цепочек и кожаных браслетиков… я даже что-то вроде ошейника видел, декоративного. Не удивлюсь, если через десяток другой лет начнут себе еще и железками всё прокалывать, типа как сережки вешать.

Ну и… ладно. Даже если разумные нас не любят, я их всё равно люблю. С женщинами, кстати, бывает довольно просто. Мы, вампиры, не разносим никакую дрянь, ни венерическую, ни ту, от которой появляются дети. Да и ранним семяизвержением не страдаем, скорее наоборот, наслаждаемся обратным явлением. Правда, развести кого-нибудь из нашего рода на потрахушки довольно сложно.

Приходится отдуваться за всех.

Причем с пользой.

Спустившись из опасной зоны по лестнице на пару этажей вниз, я уж было хотел вызвать лифт, но внезапно наткнулся на очень старого знакомого, стоящего в коридоре и смотрящего в окно.

— Конрад.

— Сильвестр? — вздёрнул я бровь, останавливаясь, — Что заставило тебя со мной заговорить?

— Приказ, сородич. Приказ Короля.

Сильвестр Ваккуш развернулся ко мне. Вот его с человеком точно никто не спутает. Несмотря на средний рост, этот четырехсотлетний вампир невероятно худ и жилист, буквально ходячий скелет, обтянутый кожей. Он никогда и никому не рассказывал, что может привести вампира в такое состояние, но насколько мне известно — никто и не спрашивал. Старина Ваккуш, в отличие от добродушного и мягкого меня, очень уважал и уважает «заложить за воротник», но так как он выбирает своих жертв крайне аккуратно, то никто не обращает внимания на их количество. Парень не опускается в Нижний мир, зато берет на себя самые проблемные Срединные.

— Сначала вопрос, Конрад. Я должен узнать. Твоё порождение… — Сильвестр сделал многозначительную паузу, — … оно такое же, как и ты?

— Слабое? Да, — врать сородичу не имело совершенно никакого смысла, — Получающее удовольствие от жизни? Да. Принимающее мои взгляды? Тоже да.

— Я тебя услышал. Благодарю, — прошелестел вампир, — Теперь внемли приказу Короля, Конрад Арвистер. Вам, тебе и твоему порождению, запрещено размножаться далее. Коли падёт она, то тебе, в виду известных тебе обстоятельств, дозволено произвести еще «птенца», но им уже судьбы увидеть потомства нет. Когда ты приведешь его под очи Короля, представляя двору, владыка повторит приказ-запрет. Услышал ли ты меня?