Книга Война без людей, страница 69 – Харитон Мамбурин

После этих моих слов оба замолчали, что я, что она. Два тощих лысых придурка, служащих одной системе. Я сидел жопой на снегу и был настроен слегка философски, потому что понятия не имел, что за человек передо мной. У Довлатовой есть свобода воли? А какой характер? Что ей движет? Насколько жесткие установки ей вдолбили в голову? Она вполне может оторвать мне сейчас тыкву, просто решив не заморачиваться высшими материями. До которых ей, этой лысой заразе, вполне может не быть дела. Она же, по сути, совсем чужой и неизвестный мне человек. Винтик системы.

Но это уже даже не игра ва-банк, смекаете? Карты раскрыты, слово сказано. Осталось понять, какая комбинация какую бьет.

— Мне нужно подумать, — заявила Ленка, скрещивая руки под своей чахлой грудью, — Возвращайся в комнату. Всё равно вы пока никуда не денетесь. Но! Хоть одно слово обо мне кому-либо, и…

— Понял, не дурак. Дурак бы не понял, — пробурчал я, начиная вставать с такого удобного и мягкого снега. Хорошо некоторым, вон как летают. С места и в зенит. Притаится, наверное, прямо в комнате и будет себе в тепле думать и сверлить взглядом моё величество…

На следующий день, когда Янлинь, Вероника и Вася вновь умотали на зимнюю рыбалку, а длинноногая Лариса решила «пробежаться по окрестностям» с картой, наш разговор продолжился. Уже, правда, в тепле и с чаем.

— Я, конечно, иду сейчас на измену, Изотов… но другого выхода не вижу, — говорила бывшая «панкушка» сидя со скрещенными ногами на матрасе и дуя на горячий чай, — О тебе мне известно всё, сколько уже рядом отираемся? Вот. Считай, работала твоим предохранителем… и обосралась. Не было вариантов сближения, ты бабами как подушками обложен. Так вот, что хочу сказать? Твои мотивы действительно чисты, ты ни от кого ничего не требовал сверх положеного. Опустим момент, когда это «положеное» только декларируется, мы с тобой не дети. Оба понимаем, что ты пошёл против системы. За дело, не по делу, всем насрать, мне тоже. Только…

Только вот мир вокруг меня и Довлатовой отнюдь не крутился. Я, простой советский старший лейтенант Изотов, кодовое имя Симулянт, был совершенно не в курсе того, что происходит в мире и даже в нашей стране. Моя собеседница была.

— Я начну с самого начала, чтобы ты хоть сколько-то понимал картину происходящего, — рассказывала Ленка, — «Стигма», её основание, было вынужденным шагом со стороны СССР. Мы не обладали достаточными ресурсами для освоения того, что свалилось на человечество, и, проще говоря, нам бы не дали подобным заниматься в одиночку. В те годы, в 50-ые, если ты помнишь, страна отстраивалась лихорадочными темпами, поэтому компромисс был найден паршивый и поспешный. «Стигма». Одной ей дело не ограничилось, нас пытались продавить дальше. На квоты артефактов, на передачу вообще всего, относящегося к неосапиантике, под эгиду всех участвующих в проекте стран, на много чего, не в этом дело. Геополитика, Витя. Наш Иосиф Виссарионович быстро понял, что если мы будем следовать в фарватере общих решений, то рискуем оказаться жертвой. Раскрыть полный хозяйственный потенциал неосапиантов в неограниченных количествах могли лишь страны с огромными территориями. Мы вышли из проекта, умудрившись изъять и своих ученых, на базисе теорий которых строились первоначальные проекты неосапиантики.