Книга Война без людей, страница 29 – Харитон Мамбурин

От последней фразы майор поперхнулась, а я сменил тон, глядя в камеру.

— Прошу не считать меня человеком, ищущим личной выгоды или славы, кроме тех, что заслужены моим личным трудом. Я могу рассмотреть возможность вернуться к своей собственной разработке только при высочайших гарантиях, что сам и Цао Янлинь будем указаны как авторы идеи и основные разработчики проекта. Любая попытка продавить иное решение будет означать немедленное прекращение каких-либо переговоров на эту тему. Навсегда. Изотов Виктор Анатольевич, старший лейтенант КГБ, доклад закончил.

Щелкнув переключателем камеры, огромная блондинка начала тереть себе лицо. Красивая у меня будущая теща, что ни говори. Косметика? Пф, для слабаков. Родись красивой, занимайся собой, получи хороший артефакт — вот секрет успеха.

— Витя, зачем это тебе? — вздохнув, спросила она, поднимая голову, — Вот скажи, зачем?

— Затем, что вот это, — обвёл я рукой листы на стенах, — никак не продукт неогеники, товарищ майор. Это я и Янлинь. Может быть вам, Нелла Аркадьевна, это и непривычно, но вы, извините уж сердечно, человек. Вы родились, учились, сами пошли на службу, сами всего добились. Как человек. Вы пользовались этой системой, а она пользовалась вами. У меня же система забрала всё. Детство, молодость, возможность мирно жить и заниматься любимым делом. Из-за неё у меня руки в крови по локоть. Со всем этим можно смириться, но не со вседозволенностью. Я ничей не слуга. Ни ваш, ни генералов, ни Советского Союза Социалистических Республик. Что бы тому в очередной раз не понадобилось.

— Один в поле не воин, Изотов, — отчеканила майор, — В этом деле можешь на меня не рассчитывать. Единственное, что я могу для тебя сделать и сделаю — это упомяну в приложенном рапорте, что ты находишься на реабилитации после серьезнейшей психической травмы. Что ты, старший лейтенант, отстранен от службы и что я не несу за тебя ни малейшей ответственности, понятно?

— Это будет просто прекрасно, Нелла Аркадьевна, — удивил я женщину счастливой улыбкой, — Большего и не нужно.

— Ты что-то придумал, да? — напряглась Окалина, — Только смотри, Витя, втянешь в это Юльку…

— Втянул уже, — еще свободнее улыбнулся я, — Вы всё правильно сказали. Один в поле не воин, но вот приманка — просто отличная!

— Твою мать…

Люди часто упускают из внимания то, что на глаза им не лезет. Призраки? Ох, это же умнейшие неогены поколения, но что они делают? Сидят безвылазно в общежитии, возвращают себе эмоции? Получается? Замечательно. Только вот у призраков нет тех, кто заходит к ним на чай, стреляет трояк до получки, или там зовёт в гаражи. У них никого нет, поэтому они, как бы, невидимы. Однако, это уже живые люди. Пусть отстраненные, пусть… не суть важно. Главное, что про них забыли. А зря.

Это я дурак с почти нулевой «невой», уверенный, что всё равно рано или поздно сдохну, а вот товарищи призраки в таком исходе совершенно не уверены. И, когда они почувствовали вкус к жизни, эмоции и чувства, перед ними остро встал вопрос собственной защиты. Особенно на фоне возможного добровольно-принудительного посещения космоса.

Спросите меня зачем и на кой половой орган всё это мы затеяли? Что нам спокойно не жилось?

… чтобы нам спокойно жилось. Зашедший ко мне чуть ли не с ноги Радиевский, всей своей харей демонстрирующий, что он хозяин положения — явственный показатель того, в какой позе некоторые паразиты привыкли видеть неосапиантов.