Книга Команда кошмара, страница 55 – Харитон Мамбурин

И тут получился забавный казус, потому что растерялась не только сама писательница, но и её фантомы, которые, как мне раньше и сообщали, личностями были вполне цельными и от решений хозяйки малозависимыми. Более того, парочка из них как раз эту самую повелительницу и фиксировала, значительно облегчив Конюхову достижение желаемого результата. Поначалу. Затем до всей этой собачьей свадьбы дошло, что дела идут куда-то не туда, сама Раиса, придя в гнев, ужас и возмущение, наездника скинула, ну а затем, после того как его зафиксировали… увидела муравейник.

Что сказать? Глазу повезло, потому что изначально Акрида искала кусок камня, чтобы пробить ему голову.

— Суду всё ясно, товарищи, — выдохнул я, — Итак, Конюхов, что скажете в свое оправдание?

Сказать он не мог ничего, кроме бессвязных обвинений в сторону закончившей ломать его вещи писательницы. После того, как я пригрозил, что сейчас переломаю ему ноги, Сергей Дмитриевич окончательно расклеился, начав завывать, что «бес попутал». Ситуация была ясна, а вот что делать мне с ней — было не совсем понятно. Пострадавшая отчетливо жаждала крови, а неудачливый насильник страдал из-за погрызенных мудей, смоченных муравьиной кислотой.

Потом разберемся, мне еще искать пропавшего Слона, которого никто не видел. Только вот случай упускать не буду, раз всё сложилось настолько удачным образом.

Присев на пенёк, я закурил сигарету и неторопливо поделился с присутствующими своим секретом экспатии, объяснив, что в случае чего, я открою им свое личико, после чего виновные будут обречены. Как минимум на кошмары, как максимум на мучительную смерть, так как «лечить» их я если возьмусь, то только после полностью выполненного задания. Поэтому, уважаемые товарищи, до момента, пока мне из штаба не разъяснят, что делать в случае, когда один из команды попытался изнасиловать другого, вы будете жить мирно, а в идеале — даже искать способ примириться. Прямо здесь, в лесу. Нет, никакого вам детского крема, товарищ Конюхов. Сидите и ждите, пока я вернусь с Рамазановым. Попробуете нарушить приказ — развяжете мне руки.

— Я здесь пострадавшая! — тут же заявила мне писательница.

— Вы подвергли человека пыткам, вместо того чтобы задержать и вызвать меня! — отрезал я, — Об этом я тоже сообщу. И проконсультируюсь. На этом всё. Паша со мной, девчонки, охраняйте этих двоих.

— Вить, а можно наоборот⁈ — тут же заныли Умаровы.

— Нет, нельзя, — зловредно ответил я, — В деревне вам показываться незачем.

Не успели мы выйти назад к пруду, как сестры нас догнали, наперебой уверяя, что насильник и его жертва-садистка пришли к полюбовному согласию и умоляют меня ни о чем никуда не сообщать. Пришлось соглашаться, но прогонять «фей» обратно, с наказом надыбать детского крема для будущего страдальца, хотя… нет, нафиг.

Быстро вернувшись, я захапал придурковатого художника на плечо и отправился с ним в деревню, прямиком к дежурному врачу, где и сдал под весьма нецензурные комментарии уже слегка подвыпившего мужика. Отсюда и началось наше с Пашей приключение под названием «найди башкира в питерском селе».

Нашли мы его спустя восемь с половиной часов, побывав в еще одной деревне, дважды вернувшись к лагерю и один раз навестив Конюхова, щеголявшего самым настоящим памперсом из бинтов, грустной мордой и опухшими ногами. Усталые, измученные и злые, мы волоклись в место, где я сегодня уже разок побывал.