Книга Выход воспрещен, страница 85 – Харитон Мамбурин

— Привет, мужики! — обозначил свою дружелюбную позицию я, подходя к дуэту, — О чем репы морщите?

— Репы? — озадаченно переспросил рыжий, а затем, поздоровавшись со мной рукопожатно, махнул вихрастой головой, — Да так… ни о чем.

— Тогда о ком? — ухмыльнулся я, бросая сумку и доставая сигарету, — У Паши вид, как будто ему насрали в душу. В прыжке. И он теперь вон, вытряхивает…

Расстогин неприлично заржал, да так заразительно, что Салиновский сам не выдержал, отлепился от турника и, прислонившись плечом к дереву, начал похрюкивать. Руки, правда, у него болтались как две жалкие сопли. Неслабо выложился, и зря пока… Ему куда больше массы набрать нужно, чтобы такие упражнения пользу приносить начали.

— Да тут, понимаешь, Вить, всё сложно, — поведал мне нахрюкавшийся приятель, — Живёт тут одна девушка…

— Китаянка. Янлинь, — тут же дополнил Дима.

Смущаясь и спотыкаясь на словах, парни поведали мне свою тоску-печаль. Есть мол тут девушка хорошая, красивая прям вау, почти как Окалина, только другая. И вот Паша с ней это самое. И Дима с ней это самое. Неприлично, конечно, ужас как, вообще нездорово, да… Только вот она «это самое» еще и с другими! И вот, Паша сегодня приходит пораньше, в кружке у него перерыв был, решил он, значит, свободное время реализовать через половые сношения. А там другой! Салиновский, в расстроенных чувствах, предполагая, что его друг и товарищ Дмитрий крутит любовь с младшей Цао, идёт на выход думать о высоком, и встречает у крыльца своего соседа! Который с теми же планами по тому же адресу!

Ну и чего резину тянуть — вот они здесь, злые и печальные. И в грудях у них бурлит невнятное возмущение.

— Понял вас, товарищи студенты, — сделал глубокую затяжку я, усаживаясь на свою сумку с тетрадями, — И сам, признаться, шёл по этому же адресу.

Парни чуть не подпрыгнули от такого откровения. На их лицах вмиг нарисовалась глубочайшая обида, как будто обоим в последнюю банку варенья плюнул.

— И ты?! — сдавленно вякнул Паша, — Уже?!!

— Было дело, — не стал кривить душой я, а затем поинтересовался, — Рассказать вам, в чем вы не правы оба?

— Ну попробуй, — тут же насупился Дмитрий, разглядывая меня исподлобья.

— Хрен с маслом путаете. Представьте себе, что у вас спина больная. Надорвали вы её. Теперь, чтобы жить, нужен регулярный массаж. Не сделаешь его, скажем, раза три в неделю, и тебе плохо. Жить трудно, работать невозможно, боль всё портит. Думаешь только о массаже. Так вот, вопрос, ребята — вам в таком случае не плевать, какой именно массажист будет вас разминать? При условии, что они все делают это одинаково?

— Ну ты сравнил…, — пренебрежительно фыркнул Дима.

— Это не я сравнил, а вы — лентяи, — улыбнулся я, заставляя Пашку запыхтеть, — Хотели бы нормальных отношений, так бегали бы за другими девчонками. Чего сопишь, Паш? Забыл, что сам творил под лавровым листом? Сколько там твоего самоконтроля было? Сколько девок оттарабанил? Ты им в верности не клялся, замуж не звал, в отношения не хотел. Пришел, всунул, ушёл. Так дело было?

Мужик существо простое и ленивое. Не совсем ленивое, конечно, хотя разные экземпляры водятся, но чхал он с высокой колокольни на то, что считает неважным. К примеру, на романтику. Нет, когда яйца зудят, а гормон лупит прямиком в древесину головного мозга, тогда да, мы могём! Но сами, подспудно, не хотим. Нам бы работу интересную, денег побольше, а дома чтобы ждали горячие чебуреки и на всё готовый секс в виде красивой, милой, верной и обожающей нас женщины. Ну и, естественно, всё это даром, в смысле без усилий, на одной харизме. Вот тогда да! Тогда очень да! Тогда мы могём! …заниматься с самоотдачей своей интересной работой. Потому как пирамида Маслоу требует именно такой порядок вещей.