Книга Гневная любовь, страница 145 – Харитон Мамбурин

Как молоды мы были…

А вот сейчас на нас с бешеным азартным рёвом, вздымая при каждом шаге клочья земли и травы, неслась двухметровая гуманоидная белая лисица с огромной металлической дубиной в руках.

…и у неё был 152-ой уровень.

— Ну что, Мимика, готова наказать свою неверную подругу? — спросил я, покрепче сжимая щит.

— Ооо…, я ей сейчас такое устрою! — хищно оскалилась мелкими зубками бардесса, — Девчонки, только не вмешивайтесь!

«Выбор дамы»! «Красная нить»! «Куртуазное обращение»!

Огромная мускулистая богатырша, покрытая коротким белым мехом, приближаясь к нам, начинает с бешеной скоростью вращать свою огромную дубину. Этот локомотив в разы хуже моего «неистового тарана». Сумасшедшие сила и мощь, призванные разрушать всё вокруг!

…именно потому её с собой гномы и не взяли, заставив ждать в отдалении.

Мимика берет в руки гитару и заносит руку над грифом, с прищуром глядя на ревущую приближающуюся китсуне. Той остается пробежать всего каких-то двадцать метров, но…

- «Пьяная дезориентация!» — звонко выкрикивает название приёма лучшая певица мира, ударяя пальцами по струнам.

Кому-то не поздоровится.

Смотрел я зверем. Лютым таким, лохматым, с оскаленными зубами и капающей слюной. Пучил глазы самым злым и угрюмым образом.

Пугал.

— В-в-ваше…, - заикающийся и постоянно оглядывающийся на меня человек тянул трясущиеся руки к Виталику, — В-в-в-аше В-в-в-еличест-во…

Сидящий внутри короны, положенной на сидушку императорского трона, Виталик озадаченно крякнул и принялся скрести толстенькие бока задними лапами, не забывая подозрительно поглядывать на тянущего к нему грабли человека. Остальные, набившиеся в тронный зал в количестве полутысячи народу, стояли, затаив дыхание. Атмосфера была очень напряженной.

— Слышь, давай быстрее, спать хочу умираю! — ломкую тишину разорвал громкий девичий голос.

Скосив глаза вбок, я вытянул из кулака указательный палец, а затем сильно ткнул крикунью в самый крупный синяк на пузе, со словами «Цыц! Прибью!». Болтушка ойкнула и зашипела, а я, состроив страшную гримасу, ускорил ей стоящего перед троном мужика.

— Разрешите вас свергнуть, ваше величество! — быстро лепечет мужик, вынимая моего утконоса из короны и, подхватив под толстые бока, аккуратно ставя на пол тронного зала. Виталик, извернувшись, цапает ойкнувшего мужика за пальцы, а затем, шлепнувшись пузом на пол, тут же припускает ко мне на ручки. В нашем полу бывших прибавилось!

— Свершилось! — восклицает укушенный, куда более смелым жестом смахивая корону на пол. Та звенит, катится, падает у ног ближайших зрителей, но те, в отличие от разных всяких, даже не думают её хватать. Никто не отрывает взгляда от представителя всего Шварцтадда, только что свергнувшего последнего императора. Все ждут решение Системы.

Моя задумка с битвой в чистом поле увенчалась сокрушительным успехом. Четкая, быстрая и бескровная победа над паладинами Кеаматта, дарованная нам свойствами моего топора, полностью… сокрушила дух жителей империи. Подобного никто не ожидал. Все реваншисты, все крикуны, все патриоты, оравшие, что империя будет жить и всем еще даст по щам, тут же стали последними брехунами. Их авторитет у народа моментально скатился ниже плинтуса. Навроде вот этой отработавшей своё короны. Власть перешла к моим ставленникам.