Онлайн книга «Гневная любовь»
|
— Каааааартааааааавр! — завыл министр экономики Империи Тьмы низким вибрирующим голосом, а я, недолго думая, открыл окно и спрыгнул вниз, со второго этажа. Как говорится, милые бранятся — только тешатся. Почти проигнорировав следующий вопль, выраженный в виде вопроса «Какие сорок паладинов?!», я пошёл проверять наличный состав. Девушки занимались воспитанием Валеры: отковав последнего от воротного механизма, они читали ему мораль. Хором. Вчера этот толстый негодяй, улучив момент, едва не стукнул меня своим черным мечом по голове, когда я неаккуратно близко подошёл к нему, занятый переругиванием через стену с свежебеременной принцессой, пришедшей выразить свои многочисленные претензии. Да уж, не утаили шила в мешке, от чего теперь каждая собака что в этом городе, что вскоре в стране будет знать, что Опполина Диццедорновна залетела от шести разбойников. Вот бедный Гравиорг и пьёт теперь не просыхая. Валера меня тревожил по причине непонятного поведения. Наши усилия по превращению могущественного туповатого засранца в более-менее адекватное существо даром не проходили, поэтому нет-нет, да проблески соображалки я у Чемпиона Тьмы ловил… только вот они с завидным упорством сменялись завидным упорством в своей бесконечной тупости! Подросток пыхтел, ненавидел взглядом, исходил злобой, но даже внятный диалог поддерживать отказывался, чем вводил меня в ступор тягостных мыслей — он такой с рождения из-за класса или класс получил, потому что такой родился?! Расписываться в собственном бессилии аж по двум фронтам — в политике и в воспитании детей, мне категорически не хотелось. Приехал мол, такой красивый в гости, овеянный легендами и матами сотен тысяч безвинно пострадавших, а сам ни уму, ни сердцу! Как я буду смотреть в глаза Сатарис? Как муж-рукожоп, не сумевший даже розетку поменять? В медовый-то месяц при молодой жене? Неее, так дело не пойдет. — Ладно, Валера, настало твоё время! — отстегнув от цепи, я выдернул пацана из плотного женского окружения, затем сунул его себе подмышку, тут же деловито направляясь на выход со двора нашего временного убежища. — Мач, вы куда? — тут же заинтересовалась Тами. — Я скоро вернусь, — с легким сердцем пообещал я своей гномке. — А почему ты говоришь только про себя? — Лилит даже с утра была бодра и сообразительна, несмотря на то что под глазами у демоницы были легкие темные круги, которые ей даже шли. Вот работает же, пусть даже и на чужую теперь тетю… — Потому что Валере пора на радугу! — максимально непонятно для окружающих ответил я, ускоряя шаг. Так, как тут до речки пройти…? — Мач… Мач! Мач! — всполошилась суккуба, семеня за нами, — Что такое «пора на радугу?». Ты куда?! Ты зачем?!! Да подожди ты! — Валера у нас на контакт не идёт, взрослых не слушает, на Ге… порядочных людей с мечом подло кидается, — перечислил я прегрешения злобно сопящего пацана, — Он неисправим. А так, как он не только неисправим, но еще и опасен, то с ним нужно вопрос решать радикально! — Ну он же ребееееенок! — тут же жалостливо проныла увязавшая за демоницей Матильда, но поймав мой взгляд, оступилась, едва не упав, а затем, скосив глаза в сторону, пробурчала, — Ну хоть помолюсь… Валера не знал слова «радикально», поэтому вполне мирно висел, от чего транспортировался легко и свободно. Суккуба же, опасливо косясь на меня, нервно вышагивала рядом. Её определенно мучил пиетет перед Чемпионом. Матильда репетировала молитву, чем привлекала к себе излишнее внимание и так уже взъерошенных горожан. |