Книга Завистливое смирение, страница 56 – Харитон Мамбурин

Эти два должностных лица оказались совершенно одинаковыми на вид гномами-близнецами. Невысокие, крепкие, насупленные, с кудрявыми бородами, Дороц и Гласт Зандракорды даже одеты были совершенно одинаково. И орать хриплыми прокуренными голосами о том, что в хранилище, где хранилась уворованная статуя с Сладкозвучного Турнира, я попаду лишь через их хладные трупы, тоже начали одинаково. К моим веским аргументам и уверениям Артхуула Гримгардота братья отнеслись точно также, как любая нормальная женщина относится к не нравящимся ей логическим доводам — принялись орать еще сильнее. Я подождал, пока они немного выдохнутся, а потом привел убойный аргумент еврейским вопросом:

— То есть вы признаетесь в краже или будете препятствовать следствию до появления новых казначея с мэром у Поллюзы?

Бородачи поперхнулись, взглянув на меня дикими глазами. Такой выбор не укладывался в их мироощущение от слова «совсем».

— Что вы себе позволяете?! — неуверенно гаркнул один из них. Какой — вот абсолютно пофиг.

— А кто, по-вашему, будет нести ответственность за порушенную репутацию архимага Бенджоу Магамами? — нехорошо улыбнулся я, — Если Приз хранился у вас, но был украден, то я — ваша единственная надежда не стать новыми тапочками для архимага. Или сапогами. Правда, совсем не уверен в том, что он выходит из академии в плохую погоду. Скорее всего, делает её хорошей. А вот тапочки, это вещь такая. Нужная. Как вы думаете, господа Зандракорд, он предпочтет, чтобы ваши лица были на новой обуви? Или предпочтет, чтобы кожа на обуви была гладкой? Например, со спины или задницы? Впрочем, о чем это я! Тапочек мало не бывает!

Навык «оратора» пискнул, докладывая, что взял 42-ой уровень, а братья приняли томный вид.

— Куакарабилли знают, что мы невиновны! — выдавил один из близнецов, нервно дергая веком, — Они не дадут… сделать… из нас… тапочки!

— Не дадим, — спокойно подтвердил Аркхуул, портя мне игру и малину.

— То есть, куакарабилли готовы поддержать нежелание администрации города расследовать это дело? И взять на себя ответственность? — уточнил я, внутренне дергаясь и потея от неприятных догадок.

— Готовы, — ответил пожилой минотавр с выцветшей почти до молочного цвета кожей, заходя в кабинет, где мы и сидели. При виде него браты-акробаты тут же приободрились, а старик, моргнув глазом с выцветшим и явно нерабочим зрачком, спокойно добавил, — В договоре между Агабахабарой и Поллюзой нет статей, регламентирующих решение подобных вопросов. Мэр имеет полное право не пропускать вас на особо охраняемую территорию, Мач Крайм. А мы, народ куакарабилли, его поддерживаем, как выбранного временного главу этого острова.

Вот те раз. Я медленно посмотрел на приободрившихся гномов, затем на старика, а затем уже перевел взгляд на Аркхуула.

И мне все стало ясно.

— Мы уходим! — решительным голосом объявил я политику партии, утаскивая с собой облегченно задышавшую бардессу. Позади невозмутимо топал Аркхуул.

Интерлюдия

Где-то в карманном измерении, созданном существом невероятной силы, ума и творческих фантазий.

На дереве было тесно. Пусть обе сидящие на нем девушки и весили немного, что вместе, что порознь, но и сам представитель растительности особенной статью не отличался. Ствол был тонкий, гибкий и скользкий, веточки тоненькие… в общем, было неудобно, риск свалиться вниз был весьма велик. Кроме этого, спасающиеся на дереве особы прекрасно понимали, что если упадёт одна, то у второй будут прекрасные шансы на побег до куда более комфортного убежища. Как итог — на дереве шла упорная борьба, выражающаяся в пихании, сопении, взвизгах и проклятиях.