Онлайн книга «Прожорливое терпение»
|
Началась она проще некуда — в Усаноо пришла маленькая худенькая девушка с кошачьими ушками, не говорящая на местном языке. Добросердечная Зара-сан, держательница таверны, что сейчас остервенело полирует кувшин, приняла и обогрела бедняжку — накормив, помыв и дав выспаться. Бесплатно, потому как кроха лишь сидела кушала, хлопая глазками, но никаких денег не доставала. И не пыталась. Тогда Зара-сан решила, что ребенок болен, возможно, получив удар по голове, потому его и нужно везти в другой город, дабы врачи обследовали бедняжку. Но на этом самом месте всё покатилось к чертовой матери. Как только таверна к вечеру оказалась заполненной, ребенок извлек из своего инвентаря какой-то музыкальный инструмент, затем ударил по струнам и… запел. — Это было отвратительно, Таинственный страж-сама! — зарыдал заново Татакака, закрывая лицо руками, — Она визжала, хрипела, выла так омерзительно, что мы все решили, что это колдунья, призывающая демонов! Но нет, она была бардом! С трудом дождавшись конца песни, мы жестами попросили её больше так не делать! «Ну да», тут же печально вздохнул я про себя, вспоминая, что мы с Саякой на этот континент были переброшены не одни, а вместе с девочкой-бардом, страдающей терминальной стадией тугоухости. Оная особа, будучи существом, необычайно ранимым по отношению к критике своего перфоманса, тут же убежала от нас куда глядят глаза… совершенно не имея никаких возможностей общаться с местными. И вот, где мы её обнаружили. Как тесен мир! История набирала печальные обороты. Скрывшись в ночи с криками, полными злобы и ярости, Мимика Фуому покинула гостеприимных жителей Усаноо точно также, как несколько раз уже покидала меня. Но, в отличие от Героя, обладающего двумя ногами, городу уйти было невозможно, поэтому вскоре она вернулась. И снова начала петь. Сначала её просили. Потом умоляли. Потом за ней начали гоняться. Без всякого толку — девочка-кошка была чрезвычайно ловкой и быстрой, свободно ускользая от праведной мести горожан, забывших про покой и сон. А потом она прокрадывалась в городишко снова и снова, на поиски еды и, конечно же, для реализации своих песенных потребностей. Мерзкие вопли, полные хаоса и диссонанса, почти поставили Усаноо на край безумия. Горожане сплотились перед лицом неминуемой беды, собрали в кулак свое мужество, а затем — нанесли ответный удар. На якобы забытом подносе возле булочной вкусно пахли пять свежих булок, начиненных снотворным. Мимику Фуому поймали, связали, запихали в рот кляп, а затем… — Мы просто хотели посадить её в лодку и сплавить вниз по реке! — рыдал мужчина, лупя кулаком по столу, — Там, всего в двух днях плаванья, большой город Цурим! Наверняка бы там нашелся хоть один человек, умеющий говорить на её языке! Ей бы помогли! Её бы вылечили! «Да фига с два», — дипломатично подумал я, глядя на натурально рыдающих тружеников, особенно на намокшую белую ткань блузок у подавальщиц, — «Скорее всего, эта наглухо отбитая кошкодевочка сцыт в трусы от счастья, что здесь никто не критикует её вопли на понятном ей языке». — Но тут…, - все продолжал Татакака, — …нам помешали! Из леса выскочила огромная страшная белая девушка, которая побила всех мужчин и освободив эту… эту… А затем обе персоны скрылись в лесу, оживленно переговариваясь между собой. И вот тогда для жителей Усаноо воцарился ад! |