Книга Псалом дробовика, страница 14 – Харитон Мамбурин

Очень-очень-очень-очень надо!

Тут, конечно, ворвались Эрика и Норма, они протянули руку помощи, ногу помощи, мокрое полотенце помощи, которым замотали Юки пасть, чтобы не кусалась, а затем еще был пинцет помощи и благословенная, неимоверно приятная, категорически нужная клизма-с-холодной-водой помощи, которая подарит покой истерзанному организму Широсаки, научившейся очень быстро перекидываться, а также познавшей большую гибкость собственного позвоночника.

Однако, определенный осадочек у девушки всё-таки останется, как не менее существенная доля ужаса перед вампиром, но это будет решено позже, в комфорте, неге и покое одеяла, в который замотают вставшую на тропу войны кицуне, рвавшуюся к пистолету, чтобы сделать с ним что-то плохое. Может быть, даже во имя попы.

А затем ей объяснят, что некоторые границы надо блюсти в любом состоянии, и уж тем более не творить дичь, пытаясь переспать в чужом доме с человеком, который уже уснул мирным и спокойным сном. Тем более, при свидетелях.

И уж точно — не при подругах!

— Так что мы теперь квиты! — похлопает Эрика хнычущую японку по пострадавшему месту, — А теперь идём. Парни уже собрались на совещание. Нас ждут.

— Угу…

Камень-ножницы-бумага. Вздохнув, я погладил Соню, пытающуюся устроиться на спинке дивана за моей спиной. Могучая туша кошачьего медведя была слишком велика для этого насеста, но бинтуронг, свято уверенная в том, что она стройна и невесома, по-прежнему пыталась развалиться на неудобном насесте, используя в качестве дополнительной опоры мою голову. Я не возражал, продолжая наблюдать дивный женский мир нашего странного общежития.

Норма боится Юки, лиса боится Эрики, вампиресса побаивается волка-оборотня. А что случилось-то? Никто ничего не говорит, молчат как партизаны.

— Тебе это знать не нужно, — пробормотал сидящий тут же на диване альв, уже несколько раз получивший подзатыльник хвостом от Сони. От планшета его это не отвлекло.

— А что мне нужно знать? — легко отказался я от умозрительной темы.

— Вот этот вот адрес. По нему проживает Мама Сола, один из признанных авторитетов Старого города по лечению душевных болезней, — сунули мне планшет под нос, — Гаитянка, жрец вуду, закончила в Техасе высшее образование, психология. Пятьдесят три года. Твоя цель.

— То есть, она продает свои услуги и как колдун, и как психолог? — хмыкнул я, — Люди Цурье у неё должны были уже побывать.

— Они были и ушли ни с чем, — кивнул мне подземный житель, — Мама Сола люто ненавидит «пиджаков». Они выгнали её из Америки.

— Натворила что-то серьезное? — хмыкнул я, почесывая мордочку бинтуронга.

— Когда её брали, она купала новорожденную дочь мэра в кошачьей крови, — изрёк Алебастр, — В свежей. Еще теплой. Технически, это была шоковая терапия для самой матери ребенка, страдающей от жесточайшей послеродовой депрессии, но суд не стал вникать в детали. Теперь она здесь и, судя по тому, что я уже прочитал — пользуется огромной популярностью среди бедняков. Реально помогает, хоть и не традиционными методами. Она должна что-то знать о происходящем.

— Хорошо, — кивнул я, поднимаясь с дивана, — Отправляюсь. А где наш босс?

— Гритт и Хатсбург в Верхнем городе. Делают вид, что будут помогать искать кардинала… если им заплатят. Люди Цурье просто делают вид, они на зарплате.