Книга Воин в осаде, страница 108 – Харитон Мамбурин

Ударил и тут же отпрыгнул спиной вперед, опять на весь доступный максимум, с горящими от перенапряжения нервами и пульсацией адреналина в висках. Просеменил назад, затем еще, еще и еще, быстро, мелко, смешно, готовый в любой момент перейти в боковой прыжок или кувырок. Тень в еще стоящей пыли дергалась, воздух со свистом разрезали смертоносные косы. Раненная тварь бесновалась.

А я отходил, стараясь держать в поле зрения зону, которой по-прежнему угрожал молчаливо застывший «Ифрит». Передо мной, хрипло воя и безуспешно пытаясь встать, бился о землю миазменный монстр класса «пожиратель городов» с начисто отрубленной передней лапой.

Дело оставалось за малым — дразнить огромную и взбешенную собаку, что изо всех сил рвется за тобой, оскальзываясь и падая на каждом шаге-прыжке. Угрожать ей мечом, с тревогой наблюдая, как тварь все быстрее и быстрее учится использовать свои смертоносно острые косы для более быстрого и уверенного передвижения. Размахивать оружием, отступая и отступая назад перед тупой огромной мордой, из разверстой пасти которой брызжет черная пузырящаяся слюна.

Всё для момента, когда совершенно крохотная на фоне этого обожравшегося анаболиками слона фигурка Рейко Эмберхарт не зайдет той ровно сзади метрах в двадцати, выпуская толстый змеящийся канат молнии точно псу под хвост. Стремительно оборачивающаяся тварь, из обрубка лапы которой уже не будет капать кровь, потеряет из виду меня. Просто-напросто моментально забудет, получив такой ошеломляющий болезненный удар, сотрясший, а то и обугливший её тыл.

И тогда я, вновь перейдя в рывок, ей отрежу вторую переднюю лапу, толкая падающего во взрытую грязь пса плечом СЭД-а в бок морды. А потом моя разгневанная жена, отогнав меня на безопасное расстояние жестами, превратит обездвиженного миазменного монстра класса «пожиратель городов» в несколько тонн обугленного мяса.

Просыпаться у себя дома — прекрасно. Пусть даже у тебя сломана нога, пусть даже вчера ты спал до обеда, отходя от того, что тебе устроила собственная жена на обратном пути домой, пусть крепость на твоих владениях начали обстреливать из минометов, а охрана поймала троих лазутчиков, всё равно — прекрасно. Даже если у тебя в данный момент отсутствуют слуги, которые помогут подняться с кровати и одеться. Те, кто могут и захотят приготовить и принести кофе. Даже если из окна доносятся визгливые вопли чем-то сильно недовольной рыжей бестии, переругивающейся с кем-то по радиосвязи. Регина снова где-то украла пачку моих сигарет, и теперь, чтобы не задыхаться в кабинке со связью, стоит на улице с телефонной трубкой, дымит куревом и орёт на весь дом.

Почему-то я на нее не злюсь. Видимо, прошла какая-то ментальная трансформация, из-за которой я воспринимаю эту мелкую злючку уже не как постороннего человека, а как товарища по оружию.

Бурлящий кофейник, первая чашка с утра. Первая сигарета. Хорошо отдохнувший разум просыпается, анализируя, сопоставляя, выставляя дневные приоритеты. Из окна, около которого я сижу, видно, как по двору медленно бухает ножищами Гримм. Великан-сервус под предводительством Федора занят перетаскиванием ящиков с боеприпасами. Через несколько часов сюда прилетит нанятая мной на очень короткий рейс «Большая Хильда».