Книга Рыцарь в клетке, страница 101 – Харитон Мамбурин

Я ухмыльнулся, прикуривая сигарету.

Таканаши Кей непонимающе мигнул несколько раз, наклонил голову на бок, посмотрел на свои запачканные грязью и кровью руки. Потом снова взглянул на меня. В его глазах боль и растерянность постепенно сменило осмысление происходящего. Длилось оно краткий миг, сменившись вспышкой огня настоящей ярости.

Звуки мира исчезли, как будто их стерли влажной тряпкой. Раз — и полная тишина, в которой я неспешно иду к Герою, вокруг которого в воздух начинают подниматься комья земли, между которыми мелькают красные разряды. В чистом небе грохочет гром, мощные порывы ветра хаотично переплетаются, дергая остатки нашей одежды из стороны в сторону.

Выпустить из себя Тишину я еле успеваю, завороженный творящимся вокруг буйством энергий. Интенсивность перехода у Таканаши на новый уровень могущества ошеломляла и подавляла. И против этогомне предполагалось выступить лишь с одним режимом Посланника?! Да он бы меня в космос или под землю мог бы загнать, если б соображал сейчас хоть чуть-чуть!

Вовремя. Герой обрушивает на меня настоящий калейдоскоп самых разнообразных энергий. Жгучие, замораживающие, разрывающие, убивающие… всё это летит в меня со скоростью трех работающих пулеметов. Поле и небо просто исчезли, я видел лишь в пределах продолжающей расширяться полусферы Тишины. В неё замирало всё. Гасло, ломалось, переставало быть. До моей бесчувственной в данный момент кожи долетали лишь слабые ветерки — то прохладные, то теплые.

Остановившись, я глубоко затянулся. Дать Таканаши немного времени, совсем чуть-чуть. Привыкнуть? Насладиться? Наверное — да. Сейчас он определенно упивается исходящей из него силой. Я бы и сам не избежал подобного искушения… да и, чего уж там греха таить, не избегаю прямо сейчас. Режим Посланника, визитная карточка Эмберхартов, то, что в секунду возносит тебя из мира смертных в мир стоящих над ними. Без него и без разбитого отцом зеркала я точно перестану быть тем, кем был раньше.

Что-то рождается, что-то умирает.

Я делаю три широких и решительных шага вперед, захватывая Тишиной обезумевшего парня, который сам не видит, что всё, им выпускаемое, перестает быть прямо перед его носом. Герой пораженно раскрывает глаза и рот, ощущая, как вся необоримая мощь покидает его тело. Хрипит, падает на колени, хватается за сердце. Да, Таканаши, ты не Рейко с её божественной дурью, тебе сейчас… плохо. Зато — всё уже позади. Он теперь настоящий Герой — бери тепленьким, неси скрещивать с нетерпеливо ждущими где-то там японочками. Размножаться подано, Асина-доно!

Стою над почти лишившимся чувств мальчишкой, ставшим с рождения игрушкой самых разных сил. Докуриваю, одобрительно ему кивая:

— Молодец. Всё правильно сделал!

А немного «порошка Авиценны» на поясницу и задницу — бесплатный бонус от сэра Эмберхарта, новоявленного знатного землевладельца и просто хорошего парня, хорошо сделавшего свою работу.

Мы стояли друг напротив друга на выжженом и перемешанном поле. Хотелось бы сказать, хотя бы ради собственного самолюбия, что смотрелось это эпично, но беспощадная память ни на секунду не давала забыть, как один из нас постоянно визжал в боевой истерике, а второй бестолково летал из стороны в сторону, будучи не в силах что-либо предпринять. Если бы за каплю горькой иронии в аптеках платили бы фунт, то я бы мог спокойно сцедить с себя на пару миллионов.