Книга Посадка в лужу, страница 69 – Харитон Мамбурин

Впрочем, нельзя забывать о Абракадавре. С момента, как мои мозги встали на свое законное место, затихли и звериные инстинкты орочьего тела. Теперь я некроманта не опасался до мурашек по спине, но был вынужден периодически себе напоминать, насколько он страшная, безумная и сильная гадина, которая просто в данный момент играет роль. Еж существовал по своим правилам, что и спасало окружающих. Гули и выдыхаемое им смертельное облако? Я был уверен, что этот мизер ему нужен лишь затем, чтобы ничто не отвлекало от наблюдения за… всем вокруг, включая меня. Интересно, если вляпаюсь, какую из тайн могу ему без особого ущерба сдать? Или с ущербом?

Размышления были прерваны возвращением наших разведчиков. Я порадовался, глядя на обоих — целы, не надкушены, не прокляты… неужто следующие пять этажей легкие?

Не успел я додумать эту мысль, как шиноби и трикстер бросились на нас с оружием наголо.

Но медленно.

Парализация, выстрелы тонкими острыми костями по мышцам ног, мои цепи… Оба Бесса отчаянно отбивались, бешено вращая зрачками, разевали рты, хрипели… но сопротивлялись далеко не в полную силу. Подошедшая к потерявшим разум Бессам Переяслава подняла руки, превращая пальцы в сотни тонких черных щупов, и оглянулась на Митсуруги. Та стояла, держа перед собой сияющий магический круг какого-то диагностического заклинания.

Через две минуты японка открыла глаза.

— Черви-паразиты, — сообщила она нам радостные известия, — Являются медиаторами для ментального сканирования и контроля. Хозяева… там, на этаже. Переяслава, выгони глистов.

Дриада кивнула, запуская свои щупальца в тела пораженных, ответивших ей на это судорогами, хриплым воем и кровавой пеной.

— Веселое подземелье… и конкурсы тут интересные, — резюмировал я, падая плашмя возле сундука, преграждающего дорогу на минус шестидесятый этаж.

В боку не хватало солидного куска… бока. Последняя из тварей этого уровня оказалась пронырливой, сообразительной и мстительной — успешно побегав от нас по всему немалому объему подземелий, она устроила засаду и вгрызлась мне в бок как раз тогда, когда я снял броню и «железную рубашку», собираясь устроиться на привал. Лала с визгом воткнула в небольшой чешуйчатый шар около пяти стилетов, но пожевать он меня успел.

Градации сил и возможностей тварей и чудовищ каждые пять этажей мы боялись резонно, ожидая, что после 60-го этажа начнутся драконы… но напрасно. Вместо усиления «жильцов» пошло усиление препятствий — ловушки превратились в настоящие комплексы безопасности, а окружающая среда стала куда менее комфортной. Пять этажей лютого холода, пять — адской жары, недостаток кислорода, чрезвычайно скользкие поверхности… Подземелье продолжало нервировать. Именно нервировать — оно не угнетало, не вызывало отчаяния или желания повернуть назад… слишком уж большие и вкусные порции опыта тут всем шли, слишком неожиданные, хоть и почти бесполезные вещи были в сундуках. Но каждый раз вспоминая, гдемы находимся, да и рассматривая лестницу на новую «пятиэтажку» … я нервничал.

Особенно сильно нервничать мне помогали плохие воспоминания — теперь ловушки приходилось разряжать в полной боеготовности, частенько не имея понятия, что именно сработает после того, как накопитель текущей ловушки разрядится, обдавая тебя проклятиями, ядом или струей огня.