Книга Гремучий Коктейль 7, страница 67 – Харитон Мамбурин

— И все шишки посыпались на тебя, да? — понимающе кивнув я, — За упущенные возможности?

— Так и есть, — вздохнул Костя, разминая подушку, — Устроили, суки, на меня засаду. Хотели пленить, а затем отца вызвать, якобы на суд. Только я к ним на засаду в «черной осени» заглянул. Ну и устроил там всем понос и поругание. А затем с помощью эйн связал всех придурков, в том числе и друзей бывших, да в свои подвалы отправил. Потом отца позвал. Тот пришёл, посмотрел… и говорит — мол, грязи всё равно будет много, что так, что так, поэтому Костюшка, оставь идиотов там, где они у тебя оказались, а сам вали-ка к Кейну.

— Решили замолчать всю ситуацию, — понятливо кивнул я, — Георгий Алексеевич хочет, чтобы от тебя отвлеклись на дележку бесхозного добра на Урале. Сюда точно никто не сунется. Хотя, признаю, прятаться у меня от этих гавриков все равно, что скрываться от мух в урагане.

— Я, как бы, раненый, — пояснил Азов, показывая носом на бинты, — Так что заботься, охраняй и лелей.

— Да позабочусь, — махнул я рукой, — Только на хрена тебе это самому? Мог бы во дворце своем лежать, в тепле и безопасности. Эйны бы пятки чесали.

— Нет, — качнул головой Костя, — Политика. Я там появился, пленных швырнул в камеры, да пропал. Без моего приказа даже отец не может их освободить. Как-то так. Так что я у тебя останусь. Ничего?

Ответить я не успел, дверь распахнулась и в спальню ворвалась встрепанная и заспанная Пиата, вовсю размахивающая своей большой и еле прикрытой грудью. Зеленка аж зашипела, зарываясь под одеяло, хотя и сама была отнюдь не плоской.

— Хозяин! Вы как⁈ — накинулась роскошная блондинка на побитого жизнью блондина, — Что болит⁈ Скажите!!

— А что ты хотел? — пожал я плечами, встречаясь взглядом с обнимаемым и тискаемым другом, — Она все это время почти ничего не делала, знаешь, сколько энергии накопилось?

— Врала, жульничала, воровала, жаловалась и обжиралась? — обреченно уточнил Азов.

— Ну, ворует теперь плохо, — уточнил я, стараясь не обращать внимания на начавшуюся женскую борьбу на битом теле сына графа, — Так что не переживай, теперь ты будешь окружен заботой и любовью. Надеюсь, выживешь.

— Ты что меня — бросишь⁈ — ужаснулся Константин, сын Георгия, сражающийся с левой грудью липнущей к нему блондинки. Правой тщетно противостояла Зеленка, уже, вроде, подумывающая начать кусаться.

— Я вам сову оставлю, — щедро пообещал я, уходя, — Не учите её плохому.

Мне необходимо было вернуться на Гарамон и провести ревизию оставшихся запасов кавара. Изначально, только «распробовав» это вещество, я велел гоблинам составить его запас в одном из подвалов замка, но теперь, учитывая, что этот запас вполне грозил оказаться единственным и неповторимым, хотел узнать, на что я смогу рассчитывать для минирования драконьей сокровищницы, а также дальнейшей жизни.

Опасная дрянь, опасная только лишь своим наличием, но, тем не менее, уникальная и необходимая.

В подвале на глазок лежало порядка тысячи свертков по килограмму. Порции, которыми я платил «налог» императору. Кстати, нужно бы узнать, сколько денег уже должна мне налоговая. Мы там использовали хитрую схему — кавар Петру Третьему поставляется тайно, налоги я плачу, чтобы не выбиваться из коллектива налогоплательщиков, а затем мне их возвращают. Или Кристина уже озаботилась?