Книга Гремучий Коктейль 7, страница 106 – Харитон Мамбурин

На этом моменте телокрад исчез, оставив меня планировать то, как буду убивать время.

Первым делом я выспался. Впервые за много дней получилось проспать чуть ли не до обеда, причем, даже заснув без алкоголя. Отметив факт, что в последнее время каждый вечер поглощал порцию виски, чтобы побыстрее уснуть, поднялся с постели. Дом был пуст, сердце грелось пониманием, что все близкие люди (и нелюди) сейчас под ласковыми лучами солнца Ларинена.

А затем оно согрелось еще сильнее, когда я вспомнил о стоящей передо мной сложности.

Драконье пламя.

Называть эту термоядерную отрыжку колоссального ящера «сложностью» — это надо иметь манию величия размером с Эйфелеву башню. Дракарис подробно объяснил мне, чем является данная дрянь, и это впечатляло. Крылатые ящеры с незапамятных времен были вынуждены развиваться через задницу, потому как с их размерами, аппетитом, кое-какой физикой и анатомией иначе было нельзя. К примеру, у драконов были ощутимые трудности со взлетом и посадкой, это требовало серьезных усилий, а к такой вещи как дефекация в воздухе они себя приучить не смогли. Смешно, но именно необходимость гадить при дальних перелетах и привела их к величию, так сказать.

Они научились шаманить с измерениями, создав в своем теле полости с измененным пространством. Дерьмо, необходимая для долгой спячки пища, чуть ли не защечный мешок общего назначения (для добычи и хрен знает еще чего), всё это, как и целиковая драконья туша (у того же Акстамелеха) хранилось в внутренних пространственных карманах. Один из них был приспособлен и под оружие дальнего действия — вспененную смесь из воздуха, желудочного сока и, что самое опасное, маны гребаного дракона. Не простой, а самой что ни на есть ядерной, пропитывающей потроха этой скотины.

Эта штука, выходя из пасти ящера под большим давлением, самовоспламенялась, начиная быстро и бурно сгорать, но процесс был не моментальным. Жидкость успевала облепить всё, чего касалась, быстро меняя агрегатное состояние на «парообразное», а вот потом (у Дракариса аж садистские нотки в голосе прорезались), следовал финальный акт — перенасыщенное огненной магией дракона пространство пропекалось ей некоторое время дополнительно. Чем-то это напоминало моё «согревание Таффильда», брошенное на область после огнеметного залпа. Самое интригующее, что вся эта огненная дрянь разъедала всё. Энергию, материю и магию.

Но лишь на третьем этапе, наступающем приблизительно через три секунды после того, как струя вспененной жидкости покинет пасть дракона. В случае же с подземной сокровищницей это будет выглядеть так — Акстамелех приземлится, изрыгнет в земляную нору свой полный залп, после чего всё под землей минимум на несколько часов превратится в ад. Экономить дракон не будет, тут я и без уверений Дракариса понимал, выдаст на полную.

Этого я не переживу, никак, даже с моей задумкой. Скорее всего, даже будь я Истинным, и открой портал, это бы не спасло. Даже если успеть запрыгнуть, пламя дестабилизирует портал, причем последствия такой дестабилизации просчитать не взялся даже мой советчик… Ну ладно, это уже досужие размышления.

— Дамы и господа, нам решительно срочно нужно ехать на пикник, — оповестил я совсем не сладкую парочку убийц, играющих в карты в зале, — Втроем.