Книга Книжный магазинчик на острове, страница 5 – Джули Питерс

— Так что за задание? – спросила она, меняя тему.

— Да, сейчас. – Он вытащил красную папку из невероятно высокой стопки бумаг, которая уже угрожающе накренилась.

— Шпикерог. Ты ведь там бывала?

Она пожала плечами:

— Ты и сам знаешь.

— Да, точно. Мы же недавно об этом говорили.

Он явно потерял мысль, и Фрике воспользовалась этой заминкой – пока он разглядывал папку в руках, – чтобы посмотреть в окно у него за спиной.

Шпикерог… Они и правда говорили об этом маленьком курортном острове всего несколько дней назад. Воспоминание было не из приятных – тогда речь зашла и о ее отце. С тех пор Фрике старалась не думать ни о том разговоре, ни об отце.

— И что там у тебя? Восстание фризов? Новая звезда на политическом небосклоне? – спросила она, нарушая затянувшееся молчание.

Флориан усмехнулся:

— Ни то ни другое. Орнитолог.

— Птицевед? Серьезно? Не сказать, чтобы захватывающе.

— Ты вечно рвалась на захватывающие задания, знаю. Но если бы я отправил тебя в Алеппо, Харальд бы меня придушил.

Вместо нее в Сирию полетел Даниэль, и она видела, что с ним стало за эти месяцы. Дрожащие руки. Изможденное лицо.

То, что Флориан не подпускал ее к по-настоящему опасным заданиям, объяснялось, видимо, каким-то странным инстинктом защитника. Порой он вел себя так, будто она его младшая сестра.

— Орнитолога зовут Бенгт Герьетс. Я подумал о тебе, потому что этот птицевед живет на острове без интернета и телефона. В своем роде «анти-Фрике».

Она вздохнула. Флориан знал, чем ее зацепить.

— С тебя необременительный маленький репортаж. Считай, отпуск перед переездом в Америку. Съездишь, поговоришь с ним, сделаешь пару красивых снимков – и вот тебе три полосы отменной Фрике-прозы.

Когда Флориан чем-то или кем-то увлекался, он сыпал такими смешными словечками. Анти-Фрике, Фрике-проза – это была его особенная манера.

— М-м-м, – протянула она. – Если честно, у меня нет на это времени. Через неделю…

— На репортаж уйдет три дня максимум, – перебил он. – А если задержишься, перебронируем рейс за счет редакции.

— И это, конечно, никак не связано с тем, что пару недель назад кто-то прислал в «КОМЕТ» письмо – мол, мой отец живет на этом острове?

Письмо, разумеется, в газете не напечатали – слишком уж оно было бредовое. Формально это была критика статьи Фрике о магазинах, продающих продукты без упаковки, которые в последнее время открывались по всей Германии. Но на деле автор две страницы распинался о том, что дети обязаны заботиться о родителях и как это вяжется с тем, что журналистка, заботящаяся об экологии, совсем не печется о собственном отце. Просто бред очередного сумасшедшего. Тем не менее Флориан показал ей письмо, и Фрике сразу отмахнулась от критики. С отцом все просто: тот в свое время не заботился о ней. С какой стати ей теперь заботиться о нем?

Флориан картинно развел руками:

— Ты же меня знаешь.

— В том-то и дело, – сказала она. – Ты вечно хочешь осчастливить людей насильно.

— А что тут такого? Скорее всего, вы с ним даже не встретитесь. Задание как будто для тебя придумано. И хороший отель я тебе выбью.

Возразить было нечего. Флориан прекрасно знал, что ей нравится. Она уже не раз писала о чудаках, которые отгородились от двадцать первого века. Однажды она целую неделю прожила у одного отшельника на ферме под Бранденбургом, но уже через два дня сбежала в ближайшую деревню – зарядить телефон и макбук. Там, в глуши, сеть не ловила. Но Фрике неустанно искала ее в самых немыслимых местах – и в итоге нашла на навозной куче, от чего в восторг пришел даже тот самый отшельник.