Книга К тебе на полной скорости, страница 33 – Анна Шибитова

В холле стоял Нолан и выглядел таким же уставшим. — Думал, вы уже ушли, — добавил он. — Почти. Нолан подошёл ближе, и я заметила в его руке белый плотный конверт. — Это вам. — Он протянул его мне. Я машинально взяла, не понимая, что происходит. — Что это? — Откройте. Я посмотрела на него с подозрением, а затем заглянула внутрь. Деньги… На мгновение растерялась, не привиделось ли мне... Нет. В конверте лежала пачка купюр. — Что это? — опешила я. — Для вашей мамы, — прошептал Нолан. На секунду мне показалось, что ослышалась. — Нет, — вырвалось мгновенно, и протянула конверт обратно. — Нолан, у нас есть договор. — Я знаю. — Тогда зачем это? — Потому что договор — это договор, — он даже не взглянул на конверт. — А это отдельно. — Отдельно? У нас, если вы не заметили, весь брак состоит из «отдельно». Отдельно чувства, отдельно правила, отдельно выгода. Это не нужно. — Нужно. — Оплата в конце месяца. — Это не за работу. — Тем более. Я не могу взять эти деньги. Снова попыталась вложить конверт ему в руки, но Нолан не двинулся, смотрел только на меня. Открыла рот, чтобы возразить, но он продолжил: — Мне известно, ради кого вы пошли на всё это. Ради кого вы выдержали этот адский день, и ради кого будете выдерживать ещё сотни таких дней. Ника, просто примите деньги. Ради вашей мамы. И давайте не будем усложнять. Я опустила взгляд, всеми силами пытаясь сдержать слёзы. Все мои привычные защиты вновь рассыпались. Совершенно неожиданный поступок Нолана, застал врасплох. Его доброта поставила в тупик. — Если возьму это, — медленно проговорила я, — между нами ничего не изменится. Он кивнул. — Я знаю. — Это не делает нас… — запнулась, не найдя правильного слова. «Ближе? Настоящими?» — Я понял, — подтвердил Нолан. Вновь взглянула на него. В приглушённом свете черты лица Нолана смягчились. Он сумел заметить непроизнесённую моё отчаяние. — Спасибо, Нолан, — прошептала я, испытывая неловкость. — Мне пора. На мгновение показалось, будто он хотел ответить чем-то большим, но в итоге произнёс: — Спокойной ночи, Ника. Я вышла за дверь, сжимая в руке конверт, а другой — машинально касаясь кольца. Оно всё ещё было самым красивым, что получила от этой свадьбы, но уже не единственным. *** Утро выдалось ясным, как и моё настроение. Я шагала к больнице, сжимая конверт в сумке, и впервые за долгое время ощущала не привычную тяжесть, а выстраданную надежду. Сумма от Нолана покрывала больше половины, остальное смогу собрать к концу месяца. Операция теперь не выглядела призраком. Даже больница теперь не казалась такой безжалостной. Поднялась по ступеням, схватила ручку двери, но тут меня окликнули. — Ника? Я замерла. Голос, который когда-то был родным, ударил в память, как будто и не прошло нескольких лет тишины и разрушенных планов. Медленно обернулась. Максим стоял у бокового входа, слегка запыхавшийся, в тёмной куртке и джинсах. Всё тот же знакомый до боли и одновременно чужой. Те же голубые глаза, светлые волосы. Только теперь его лицо вызывало лишь неприятный укол под рёбрами. — Привет, — улыбнулся Максим, подходя ближе. Я заставила себя выпрямиться. — Привет. Голос, к счастью, не дрогнул. Однако пальцы чуть крепче сжали ремень сумки.

Максим скользнул взглядом по моему лицу, будто пытаясь понять, как со мной теперь разговаривать после всего. Потом спросил, уже мягче: — Как твоя мама? Вопрос прозвучал нормально, но почему-то внутри всё сжалось, словно он всё ещё имел права расспрашивать. — По-разному, — ответила ему. — Пока ждём операцию. Максим кивнул, нахмурившись. — Это хорошо, что ждёте. То есть… не хорошо, конечно. Ты поняла. Главное, что будет операция. — Да. — А ты что здесь делаешь? Максим, помедлив, ответил без прикрас: — Моя девушка на сохранении. Вход в её отделение ремонтируют, я проходил через другой корпус. — Понятно, — я выдавила улыбку. — Надеюсь, всё будет хорошо. — Да. Врачи говорят, что если соблюдать режим, то всё должно быть нормально. Вновь повисла вязкая, неудобная пауза, наполненная невысказанным прошлым. Максим настороженно посмотрел на меня. — Ты… вышла замуж? Я растерялась. — Что? Он кивнул на мою руку. — Кольцо. Я опустила взгляд и тут перед глазами всплыл вчерашний вечер: холл, конверт в руках и спокойный голос Нолана. Невольно покрутила кольцо на пальце и улыбнулась, признавая, что моя оборона, которую держала против Нолана дала трещину. — Поздравляю, Ника, — произнёс Максим, приняв мою улыбку за ответ. Я посмотрела на него. Объясняться о том, что мой брак на самом деле фальшивка, не хотелось, да и незачем. Его взгляд неожиданно сменился, став жёстче. — Спасибо, — поспешно поблагодарила я и, вновь схватившись за ручку, приоткрыла дверь. — Мне пора. Максим молча кивнул и сбежал со ступеней. Я немного проводила его взглядом. Реакция Максима на новость о моём браке показалась странной. Внутри образовалась пустота от встречи. Я смотрела на Максима, как на часть своей прошлой жизни, осознавая, что никакой обиды не осталось, и вошла в больницу. Поднявшись по лестнице на третий этаж, я сразу направилась к кабинету Виталия Юрьевича. Постучала и приоткрыла дверь. Врач сидел за столом и просматривал бумаги, поправляя очки на переносице. Он поднял голову. — Ника, проходите, — произнёс Виталий Юрьевич. — Не ожидал вас сегодня так рано. Я прошла к креслу и села напротив, достала из сумки конверт и положила его на стол. — Здесь часть суммы, — сообщила ему. — Остальное внесу до конца месяца. Точно. Виталий Юрьевич взглянул на конверт, потом на меня, и на его лице проскользнуло сдержанное облегчение — знак того, что у пациента появился шанс. — Это очень хорошо, — сказал он. — Очень. Как только будет закрыт вопрос с оплатой, мы сможем поставить вашу маму в график. У меня перехватило дыхание. — То есть… если внесу остаток вовремя… — Тогда не будем тянуть. Я кивнула, слишком быстро, чувствуя, как к глазам подступают слёзы. — Спасибо. — Поблагодарите себя. Вы много делаете. Если бы он только знал… Я вышла из кабинета с ощущением, будто земля под ногами впервые за долгое время стала твёрже. Дверь в мамину палату была приоткрыта. Я сняла кольцо, спрятала в карман джинсов и переступила через порог. Мама сидела на постели и выглядела хуже: кожа совсем побледнела, под глазами пролегли тени. Она заметила меня. — Ника, ты сегодня рано. — Решила забежать перед сменой, — соврала я. Подошла к кровати и поцеловала её в висок, а затем присела рядом на стул. — Как ты сегодня?