Книга Отпустить 10-го, страница 304 – Хлоя Уолш

— Да, они оба ходят в музыкальный кружок.

— Что ты еще о ней знаешь?

— Ничего, абсолютно ничего. Подумаешь, разок поцеловались по пьяни.

— Как говорится, что у трезвого на уме... — Клэр снова включила хлопающего тюленя. — Может, твое сердце готово выйти из спячки, а алкоголь ускорил процесс.

— Клэр.

— Может, пора дать еще кому-то шанс?

— Может, вам двоим не надо лезть не в свое дело?

— Хью, прошло много времени. — Сестра поощрительно улыбнулась. — Все образуется.

— Да, даже слишком много. — Гибс поднял большие пальцы вверх. — Мосты сожжены.

— Вы должны ей помочь, — умолял папа. — Она пошла по рукам, ребенка как будто подменили. — У него вырвался страдальческий всхлип. — Моя девочка никогда бы так не поступила.

Врач пристально взглянул на отца:

— В ее медицинской карте отсутствуют записи за последние три года.

— Все вопросы к моей супруге, — устало откликнулся папа. — Документами заведует она. — Он прочистил горло и добавил: — Пожалуйста, объясните, что с ней происходит.

— У вашей дочери наблюдается ярко выраженная маниакальная стадия, что весьма характерно для пациентов с биполярным расстройством первого типа. Однако тяжесть и частота депрессивных эпизодов соответствуют биполярному расстройству второго типа.

— Какая разница, какой у нее тип? Диагноз есть? Есть. Значит, подберите лекарства!

— К сожалению, это так не работает.

— Почему, черт возьми?

— Биполярное расстройство — очень сложное заболевание, мистер Янг, — ответил психиатр. — И особенно трудно поддается корректировке у детей и подростков.

— Но вы ее вылечите?

— Мы можем назначить лечение, однако здесь мы имеем дело с очень запущенным случаем, мистер Янг. Ваша дочь перестала принимать лекарства, не проконсультировавшись с врачом. В результате у Лиззи несколько месяцев наблюдалась быстрая цикличность c частой сменой маниакальных и депрессивной фаз. Потребуется долгая и тщательная терапия.

— О каких сроках речь?

— В таких серьезных случаях, как у вашей дочери, улучшения становятся заметны минимум через два месяца. Возможно, времени понадобится еще больше.

— Это невыносимо, — заплакал отец. — Моя жена больна, старшая дочь мертва, и я не знаю, чем помочь младшей.

— Уверяю, ваша дочь в надежных руках.

— А если попробовать электрошок? — Папа облокотился на кровать, где меня зафиксировали. — Не сработает?

— Мы не рекомендуем применять электрошоковую терапию для лиц младше шестнадцати.

— Но в целом она используется?

— В самых запущенных случаях.

Папа всплеснул руками:

— Чтобы вы сочли наш случай запущенным, Элизабет должна кого-то убить? Таблетки на нее не действуют. Ходить к психиатру она отказывается. Руки и ноги изрезаны в лоскуты. Что еще должно произойти, чтобы нам наконец оказали помощь?

— Я согласна, — с трудом шепнула я. — Согласна на электрошок.

Папа повернулся ко мне:

— Правда?

Собрав в кулак последние силы, я кивнула.

— Чего бы это ни стоило.

В его взгляде мелькнуло облегчение, и он накрыл мою ладонь своей.

— Умница.

Шла четвертая неделя лечения Лиз.

Ни разу почти за десять лет мы не расставались так надолго, и я не переставал тосковать по той, кого сердце считало моей половинкой.

Если Пирс уже через неделю вернулся к прежней жизни, то я до сих пор скучал по Лиз и постоянно находил этому оправдание.