Книга Отпустить 10-го, страница 165 – Хлоя Уолш

В полиции мне не поверили.

Взрослые тоже.

Никто мне не верил.

Кроме Хью. Доблестный рыцарь всегда верит своей леди.

Остальные считали меня чокнутой.

Может, так оно и было.

Их твердая убежденность в моей неправоте ранила.

Подрывала мою решимость.

Заставляла усомниться в себе.

Дни сменялись неделями, и память о моей сестре успела поблекнуть. Поток контейнеров с разнообразной выпечкой и домашними запеканками постепенно иссяк. Паломничество сочувствующих тоже прекратилось.

Сегодня, спустя ровно месяц после смерти Кивы, никто не удостоил нас визитом. Может, оно и к лучшему — соболезнования от посторонних людей грозили пошатнуть мое и без того зыбкое душевное равновесие.

Только один человек навещал нас с завидной регулярностью — мальчик, державший меня за руку.

Хью единственный возвращался изо дня в день, и для меня его присутствие значило больше, чем если бы к нам нагрянуло все население Баллилагина. Пусть остальные катятся к чертям, только бы он был рядом.

Только бы никуда не ушел.

— А где Майк? — Голос Хью вернул меня к реальности. — Я не увидел его машины.

— О, наверное, на работе, — пробормотала я, заправив за ухо прядь волос. — Точно, он сказал, что поедет на работу.

— И давно уехал? — спросил Хью, наводя порядок в моей комнате.

— Утром. — Наверное. — А мама у себя.

Пустое сотрясание воздуха. Ее рыдания были слышны даже здесь.

— Может, прогуляемся?

— Не сегодня. — Я замотала головой и испуганно вжалась в подушки.

Хью поднял на меня карие глаза — ласковые и понимающие.

— Не бойся, Лиз. Я никогда не заставлю тебя делать что-либо против воли.

У меня вырвался вздох облегчения.

— Спасибо.

— Но рано или поздно я уговорю тебя выйти из комнаты, — лукаво добавил Хью, направляясь ко мне. — Для начала спустимся на первый этаж. — Он забрался на кровать и, поиграв бровями, взял меня за руку. — Потом замахнемся на сад. — Хью легко усадил меня на колени, обнял и потерся щекой о мою щеку. — А там недалеко и до моего дома.

— Нет. — Я оцепенела в его объятиях. — Не могу.

— Не отказывайся сразу, — поддразнивал Хью, касаясь губами моего обнаженного плеча. — Немного солнца тебе не повредит. — Он поцеловал меня в шею. — Витамин D очень полезен.

— Нет, ноги моей там не будет, — бормотала я, вздрагивая от прикосновения его губ.

Эти губы пробуждали целый шквал эмоций. Такой невинный поцелуй, однако тело реагировало далеко не самым невинным образом.

«Дурная девчонка».

«Порочная».

«Грязная шлюха».

— Ноги моей не будет в Авока-Грейстоунс! — выпалила я в отчаянной попытке заглушить его голос. — И в твоем доме. Пока он там. — А он оттуда никуда не денется. — Прости.

После долгого молчания Хью тяжело вздохнул. Вопреки ожиданиям, он не стал возражать, только развернул меня к себе лицом.

— Люблю тебя. — Глаза цвета виски смотрели на меня в упор. — Очень-очень люблю. — Он взял мое лицо в ладони и поцеловал в лоб. — Ты ведь знаешь, да?

— Знаю, Хью, — убито ответила я. — Но его ты любишь больше.

— Неправда, — грустно покачал головой Хью. — Даже близко нет.

Еще какая правда.

Хью мог сколько угодно отнекиваться, но он любил Джерарда Гибсона как брата. Между ними существовала глубинная, едва ли не родственная связь, а судьбы давно и прочно сплелись воедино. За годы нашего общения я столько раз мечтала, чтобы Кива любила меня, как Хью — Джерарда.