Книга Когда не все дома, страница 27 – Мария Болдина

— Что-то ты сегодня какая-то смурная, — заметила мама за традиционным вечерним чаем.

— Неприятности на работе, — отговорилась Вика.

Мама вздохнула. В этом вздохе были слышны все упрёки по поводу должности дочери, что уже тысячу раз были переговорены. И Вика засобиралась домой.

Дочери букет тоже понравился, всю дорогу она ехала с ним в обнимку, а потом сама понесла в квартиру. Едва переступив порог, Кристина восторженно прошептала:

— Его есть можно! — и широко открыла рот, чтобы откусить от гофрированного капустного листа.

— Стоп! — Вика повысила голос, — Вдруг эти овощи нитратами поливали.

— Это яд? — испуганным шёпотом осведомилась дочка.

— Да!

Такого однозначного и окончательного ответа Кристина не ожидала, лицо у неё сделалось серьёзным, почти трагическим.

— А кто тебе подарил ядовитые помидоры? — прозвучал роковой вопрос, который надо было как-то незаметно обойти.

— Знакомый, — ответ получился правдивым и обтекаемым.

Но любознательная девочка продолжила допрашивать маму:

— Он хотел тебя отравить?

Вывод был неожиданным и Виктория, отрицательно замотав головой, рассмеялась. Представить Половцова в роли коварного отравителя она не могла.

Дочь деловито прошла на кухню, Виктория — за ней и с умилением стала наблюдать, как маленькая хозяйка достаёт вазу, наполняет её водой, потом подрезает стебли и обстругивает кочерыжки. Кристина унаследовала от мамы умение ценить и создавать прекрасное. Расправляя листочки-веточки и явно любуясь композицией, дочь всё-таки недовольно заметила:

— Надо же, извините, подвиньтесь, ядовитая красота! Всё-таки не бери больше у него ничего! — в голосе слышались надрыв и сдерживаемые слёзы.

— Не возьму — пообещала Вика, решив, что сегодня устами первоклашки глаголет истина.

Вечер был тихим. Вика продолжала перебирать в уме все неприятности суматошного дня, Кристина ушла в себя и тоже что-то обдумывала, явно волновалась.

Телефон зазвонил поздно ночью, когда дочь уже спала в своей комнате. Взглянув на экран, Вика расстроенно поджала губы — не Он. Какой-то незнакомый номер.

— Здравствуйте, — голос был женским. — Вы Вика?

Вика задумалась над ответом: когда ей звонят по работе, то называют по имени отчеству, а чтобы вот так запросто по имени… Да таких родных и близких всего-навсего полтора десятка, и каждого из них она узнает по голосу.

Поэтому Вика ответила вопросом на вопрос:

— Простите, а с кем я разговариваю?

— Вика, это Дина. А вы Вадима Тимофеева хорошо знаете? Он вам кто? Тоже муж?

Вадима Виктория знала хорошо, называла его мужем, растила их общую дочь. И что это за слово знала!? Виктория ждала, скучала, любила, ценила на вес золота каждый день, проведённый с этим мужчиной под одной крышей, а ночи с ним в одной постели становились счастьем и праздником. Вот и надо было бы сбросить звонок, а номер поместить в чёрный список. Но Виктория не решилась нажать отбой, а выслушала сбивчивый рассказ до конца.

Дина была Вадиму второй женой. Или первой? Дочки у них оказались ровесницами. Дина давно что-то предчувствовала, всматривалась, примечала, ловила на оговорках и молчала. Полгода назад она подобрала пароль к телефону, посмотрела фото в папке с именем «Дина», вполне себе приличные фотографии самой Дины и их с Вадимом дочери. Вот только родная сестра папки «Дина» называлась «Вика», и в ней тоже были чудесные кадры милой женщины и хорошенькой девочки. И снова Дина никому ничего не стала говорить, думала, сопоставляла, во время редких свиданий с мужем тайком изучала его телефон в поисках компромата и гадала, под каким кодовым именем скрывается телефон Вики, второй жены их общего мужа. Или первой?