Книга Развод. Раскрашу жизнь заново, страница 23 – Марина Безрукова

Дина изобразила несколько танцевальных движений и запела:

— Помню, было мне десять лет, и я копил на новый велосипед… Ну вот. А как родила, так всё… Ни на коньках, ни на роликах, ни на велике.

Я на всякий случай проверила, не держит ли Лёша за спиной ролики и коньки. Но нет. Для начала Дина решила, что и велосипеда будет достаточно.

— Дорожка там идет через парк и к набережной. По-моему километров семь … Да, Лёш?

Дина говорила так, будто вопрос со мной был решен. Кататься и точка!

«Ладно. Уедет, запихну я этого железного коня на балкон и дело с концом», - подумала я.

— И чтоб не филонить! – прочитала мои мысли Дина. – У меня из кабинета как раз видно кусочек набережной… Отмазаться, что ты туда не доехала, не выйдет. Климат у нас тут, как видишь, тоже благоволит.

Лёша вздохнул, всем видом показывая, что спорить с его женой бесполезно. Да я и сама знала. Темперамент у Дины от отца – дядю Фарида могла успокоить только тетя Люся – Динина мама. Как тихая вода она тушила разбушевавшийся огонь в муже. Наверное, эту роль теперь в семье Дины играет Лёша. Вон он какой спокойный и невозмутимый.

Отказавшись от чая, Дина умчалась. А я провела рукой по рулю, тронула пальцем звонок и на секунду представила, как еду по набережной, а в лицо мне бьет соленый ветер. По телу пробежали мурашки.

Из зеркала недоверчиво посмотрела полноватая женщина с тусклыми каштановыми волосами.

На следующее утро я, пыхтя и больно ударяясь о педали, вытащила велосипед на улицу.

Глава 13

Я взмокла, как мышь, но до моря доехала. Прислонив велосипед к парапету, потащила гудевшее от усталости тело по пляжу. Плюхнулась на первый попавшийся камень и вытянула ноги.

Море мой подвиг не заметило, всё так же шумело, поглощенное только собой. Радости или удовлетворения от того, что пересилила себя, я тоже не ощущала. Сидела, смотрела на волны, время от времени делая глоток воды из бутылки.

Ветер усилился, и я натянула капюшон от толстовки. Не хватало еще заболеть. И так бедной Дине хватает со мной хлопот. Я как раз завязывала под подбородком шнурок, как порыв ветра изловчился и каким-то особенным образом обрушился на набегающую волну.

В одно мгновение глыба воды деформировалась, как будто встала на дыбы, и лучи солнца пронзили ее насквозь. Это длилось всего пару секунд, но я почувствовала, как у меня расширяются зрачки. Зрелище было настолько завораживающим, а цвет необыкновенным, что я несколько раз сжала и разжала кулаки.

И цвет, и форма волны так и просились на картину. Я ошеломленно задохнулась – впервые за много месяцев мне захотелось отразить увиденное на холсте. В кончиках пальцев зародилось знакомое тепло. А вдруг оно снова исчезнет?

Я тоненько заскулила. Я же забуду. Всё забуду. Жадно всматриваясь в игру ветра и волн, я принялась шарить по карманам. И о, чудо, в толстовке оказался сложенный вчетверо глянцевый рекламный листок. А в безрукавке дешевый карандаш для бровей, который я купила из жалости у бабульки на развале.

Купила и забыла. Не спуская глаз с моря, я расправила на коленке листок и сделала несколько набросков. Это были только одной мне понятные горизонтальные и вертикальные линии. Никакого намека на композицию. Но это была моя личная гарантия, что я не забуду, как это должно выглядеть на холсте.