Книга После развода. Дойти до края, страница 71 – Марина Безрукова

Спать у Женьки сегодня не вариант. Придется перебраться в комнату Кати. А может, вообще вызвать такси и уехать на Предпортовую? Представив себе довольные рожи Ромы и Тани, качнула головой. Не дождетесь. Раньше бы сбежала от греха подальше, теперь нет.

Уж не знаю, откуда появилось это упрямство, но я чувствовала, что ни за что не могу уступить. Рома, сам того не ведая, вытолкнул меня из теплого гнезда, оставив небогатый выбор: лететь, криво-косо, то припадая, то поднимаясь над землей. Или упасть и беспомощно лежать в травке, поджидая, когда соседская кошка мною позавтракает.

Завтра, всё завтра. Я потерла пальцами лоб, глаза болели, будто я долго смотрела на солнце. Нужно сходить в душ и скорее спать. А о том, как жить в этом бедламе я подумаю позже. Уйти всегда успею. Благо есть куда.

Было уже начало первого, а я всё гремела в комнате Жени дверцами шкафа, несколько раз уронила массажер, а потом еще долго включала и выключала фен, хотя волосы были давным-давно высушены.

Бедные соседи… Но надеюсь, я не сильно их побеспокоила. Ни Ромка, ни Таня на мой демарш никак не отреагировали, а я и не расстроилась. Скандалить в ночи в мои планы не входило.

Наконец, я угомонилась. Лежала, смотрела в потолок, уверенная, что не засну. Но я заснула. И более того, впервые за многие недели спала крепко, словно решила все свои проблемы.

В шесть утра мелодично защебетал будильник. Я потянулась в кровати и, подняв руки и ноги, задрыгалась, как жук, перевернутый на спину. Упражнение «Таракашка» помогло окончательно проснуться и наполниться энергией. А энергия, ох, как мне была нужна!

Пока чистила зубы, в другой руке вертела баночку с Танькиным увлажняющим тоником. Моя уходовая косметика предусмотрительно отправилась в сумочку, которую я собиралась некоторое время брать с собой на работу. А вот пузырькам Таньки не повезло.

Я безжалостно открутила крышку и, отлив часть раствора, подставила под струйку воды. Отлично! Омолаживайся, Танюшка, увлажняйся!

Сыворотку постигла та же участь. Два крема – для век и для лица – были растерты на пятки и голени. Чего добру пропадать? Я хихикнула, вспомнив стоимость косметики, и отправилась готовить себе завтрак.

Дверь в спальню по-прежнему была плотно прикрыта. Но я точно знала – это не спасет. Такова уж особенность планировки – любой, даже самый незначительный шум на кухне, разносится по всем уголкам. И закрытая дверь не панацея. Если только у Танечки не нервы, а канаты, позволяющие дрыхнуть при любом грохоте. Но что-то я сомневаюсь, что это так.

Я еще помню, каково это искать в кровати пятый угол, чтобы заснуть с животом. Помню про судороги, от которых просыпаешься среди ночи, про бессонницу, которая могла напасть совершено без причины. Да, беременность, это не болезнь, но и безмятежному сну способствует мало.

Ожила на кухне колонка, которую раньше включала только Катя. Я немного прибавила громкость, соседям не помешает, а в комнаты звук долетит. Из спальни никто и носа не казал, будто там все вымерли. Вот и хорошо. Еще не хватало, чтобы сейчас, как в коммуналке толкались задами у плиты.

В начале восьмого я вытащила из кладовки пылесос. Не спеша, прошлась по длинному коридору, особенно тщательно и долго очищала пол у спальни, потом заглянула к Жене, к Кате и снова вернулась к плотно притворенной двери.