Книга Осень, когда я всё узнала, страница 14 – Марина Безрукова

Еще минут пять я рассматривала бутылочки и флаконы с лосьонами и шампунями. Яркая подсветка над зеркалом безжалостно подсветила морщинки, складки у рта и синеву под глазами. Нервы, плохой сон и перелет сделали свое дело.

Вот тут нимфы могут порадоваться. Мне, конечно, с ними не сравниться. Они и после бессонной ночи будут порхать, как эльфы над цветочками. А нам, которым под полтос, - тут я поморщилась, - уже чревато.

Ладно, отговорка придумана, причем сразу на все пять дней вперед. В море вода уже прохладная, бассейны я не люблю, без хамама обойдусь тоже. А греться на солнышке не возбраняется. И потом, не будет же Дима ходить за мной по пятам? Территория огромная, можно затеряться.

Я распылила на лицо термальную воду и вышла в номер.

— Бабах! – раздалось в тот же момент.

Господи! – схватилась я за сердце. Улыбаясь во все тридцать два зуба (кстати, кто нашел хорошего протезиста? конечно, просроченная жена. Кто варил кашки и протирал супы, пока ипланты не вживили? она же), Дима потряс бутылкой шампанского.

— По бокальчику? За нас? А потом… - он игриво подмигнул, указывая на кровать.

— Ничего не выйдет, - сказала я. – В смысле, по бокальчику-то можно, а вот со всем остальным загвоздка.

Я развела руками, показывая, как я опечалена. Дима некоторое время переваривал информацию. Наконец сообразил.

— А-а-а, ты про это? – глаза переместились на мою нижнюю часть. – Так вроде недавно было же…

— Ну-у-у, я же не молодая девушка, не зайка, не кошечка, не лисонька…

Лицо Димы осталось бесстрастным, будто и не услышал никакого намека. Пропустил мимо ушей? Или притворяется? Прям Штирлиц, только в логово врага засылать.

— Я уже старая женщина… у меня и сбои могут быть.

— Ах-ха-ха, какая же ты старая, Лид? Нам с тобой до старости еще ого-го!

Нам? – я приподняла бровь. Неужели мои предположения оказались верны, и Дима не собирается мне ничего сообщать? Значит, он врет Лисоньке? Но мне-то от этого не легче.

Я, к сожалению, не из тех, кто может спокойно смотреть, как муж живет на две семьи. Гарем – это, увы, не для меня. А Дима, получается, так и пытается усидеть на двух стульях. Если бы я не наткнулась на них в магазине, он скрыл бы и ребенка? Но как бы он тогда его содержал? Хотя… я же не замечала, как утекают деньги на нимфу.

А Дима уже протягивал мне узкий бокал, в котором водоворотом прыгали пузырьки.

— За нас! За то, что мне так повезло и рядом со мной самая лучшая женщина в мире!

Глава 8

Я пригубила шампанское и вышла на балкон. Зажмурилась от яркого, но не жгучего солнца, вдохнула запах эвкалипта и соли и замерла, как ящерица на камне весной. Хмыкнула про себя. Ящерица. Именно так я и выгляжу в глазах Лисоньки и ее подружек. Интересно, что Дима наврал нимфе, прежде чем улететь с женой на курорт? Командировка, наверное… Такую же лапшу он вешал на уши мне. И я верила.

— Ты какая-то странная, - раздалось за спиной.

— Да? И в чем это проявляется? – я развернулась и оперлась локтями о перила.

На мужа не смотрела, не могла, боялась сорваться и наговорить лишнего. И снова кольнула мысль: зачем? Зачем я согласилась поехать с ним? Если уж приспичило на солнце понежиться, ехала бы одна. Высказала всё и уехала.

Так поступают разумные женщины. Особенно, если узнают об измене мужа. Первым делом бегут к парикмахеру, потом наводят яркий маникюр. Это обязательно. Даже те, кто сроду ногти не красил. Или судорожно регистрируются на сайте знакомств, пьют с подружкой вино и плачут, а потом пишут проклятия вперемешку с признаниями в любви тому самому мужу-козлу. Всё еще любимому козлу.