Книга Осень, когда я всё узнала, страница 12 – Марина Безрукова

Через год осенью мы поженились. Лёня тоже родился осенью. Теперь опять осень и… Не буду об этом.

Так вот, в один из стылых ноябрьских дней дверь в наш салон распахнулась, и на пороге возникло нечто круглое и ужасно шумное.

— Вот здесь, Таська! Здесь мы точно найдем тебе шикарное платье…

За спиной дамы оказалась худенькая с большими серыми глазами девушка. Она испуганно ступила на блестящий пол и обвела взглядом ряды платьев на безголовых манекенах.

— У нас только по записи, - вежливо улыбнулась Ниночка.

— Ничего. Я думаю, всегда можно сделать исключение, - уверенно сказала дама в терракотовом пальто-разлетайке с ярко-зеленым беретом на голове. На груди переливалась янтарно-желтым большая пчела. – Тася, проходи! – и подтащила свою скромную спутницу ближе к себе.

— Я сама, - шепнула я Ниночке. – Иди, кофе попей.

Ниночка пожала плечами, мол, охота тебе возиться, и скрылась в служебной комнатке.

— У нас свадьба! – торжественно объявила дама в зеленом. – То есть у нее.

Отставив ножку в рыжеватом, как кленовые листья ботинке, она указала на оробевшую в зеркалах подругу.

Через пятнадцать минут мы со Светкой уже горячо спорили, доказывая друг другу, какой цвет лучше всего подойдет невесте. Классический белый она не хотела, бойкая Светлана настаивала на насыщенном голубом, а я предлагала пудровый с отделкой белыми кружевами. Тася спокойно пила чай, потешаясь над нашей битвой титанов.

В конце концов, Светка шумно вздохнула, откинулась на спинку дивана и махнула аккуратной с мягкими ямочками ручкой.

— Пускай. Пускай будет пудровый. А еще конфетка с инжиром есть?

На следующий день Светка заявилась снова. Теперь уже в одиночестве и за золотистым поясом, который для себя присмотрела. А еще через неделю мы сидели с ней во французской кофейне и взахлёб обсуждали один из последних нашумевших триллеров, к которым у нас оказалась у обеих тяга.

А теперь триллер разыгрывается в моем собственном доме.

— Поезжай! – с нажимом повторила Светка. – Лучше бы, конечно, без этого козлодоя. Но тем и хорош отель. Уйдешь подальше и будешь глазки строить молодым туркам. Хамам, массаж, то да сё…

— Света! Ну, какие то да сё? Ты о чем? Я утопить его хочу. В море или бассейне.

— Оно не тонет, - на полном серьезе сообщила Светка. – И руки марать не стоит.

— А если он мне там скажет?

— И прекрасно, - зарокотала, как морской прибой Светлана. – Прекрасно! Тогда вообще можно объявить себя свободной женщиной. Советую на этот случай припасти купальник пооткровеннее.

Я прямо представила, как в этот момент Светка поправляет свою необъятную грудь.

— Душа моя, делай, как я тебе сказала. Не спрашивай, зачем. Просто делай. Увидишь, это пойдет на пользу.

И я подчинилась. Захотелось сбежать от дождя и колючего ветра, от вечных сумерек и темноты. А может быть, просто в душе еще теплилась надежда, что мой мирок можно спасти, что приговор не подписан, и всё еще можно как-то отменить и исправить.

Я вздохнула, выползла из кресла и пошла в кладовку за чемоданом.

В самолете натянула на глаза маску, нацепила на шею подушку-подкову и, закутавшись в плед, сделала вид, что сплю. От обеда отказалась, выпила воды и снова прислонилась к иллюминатору. Дима немного поболтал о Чемпионате мира с мужчиной рядом, а потом тоже прикорнул.