Книга Между двух огней. Второй шанс, страница 84 – Яра Славцева

— У вас две минуты, — сказала я.

Она чуть склонила голову.

— Спасибо.

О господи, как же вежливо может звучать вторжение.

— Вы беременны от моего сына, — произнесла она. — Как бы вам ни хотелось закрывать глаза на очевидное, это факт, с которым придется жить.

Я молчала. Да. Факт. Но не тот, который дает ей право садиться рядом и начинать с констатаций, как на допросе.

— Я не собираюсь вас убеждать вернуться к Артёму, — продолжила она. — Я уже поняла, что в этом смысле вы человек импульса, а не расчета.

Обожгло.

— Вы очень любезны.

— Я честна.

— Нет. Вы просто умеете оскорблять так, будто дарите совет.

Она не изменилась в лице. Только пальцы на сумке сжались чуть сильнее.

— Хорошо. Тогда без реверансов. Я считаю, что вы совершаете ошибку, оставаясь у Корнеева.

— Это ваше право.

— Нет. Это мое опасение за будущего внука.

Вот. Наконец. Настоящее слово. Не ребенок. Не "эта ситуация". Внук. Кровь. Владение по линии рода.

— Он для вас уже внук? — спросила я тихо.

— Разумеется.

— А я тогда кто?

Она посмотрела прямо. Очень спокойно.

— Мать этого ребенка.

И больше ничего. Да. Вот теперь все стало абсолютно ясно. Не женщина. Не человек. Не Мирослава. Функция. Носительница внука.

Я встала. Очень медленно. Потому что если бы резко, меня бы трясло.

— Тогда слушайте меня внимательно, Лидия Павловна. Ваш "внук" сейчас находится внутри меня. И пока так — никакого доступа к нему, кроме как через уважение ко мне, не будет. Никакого. Ни для вас, ни для Артёма, ни для всей вашей семьи с их безупречными формулировками.

Она поднялась тоже.

— Вы говорите так, словно ребенок — это рычаг мести.

— Нет. Я говорю так, словно я не сосуд.

В этот момент в конце коридора появился Дамир. Он не знал, что она здесь. Просто пришел забрать меня после клиники. И по одному его лицу я поняла: ситуация ему не нравится настолько, что даже воздух вокруг становится опаснее. Но он не вмешался. Остановился в нескольких метрах. Ждал. Потому что видел: этот бой сейчас мой.

Я повернулась к ней и сказала последнее:

— Если хотите оставаться в этой истории не как женщина, которую я вынуждена терпеть, а как будущая бабушка, начните с простого. Перестаньте говорить со мной так, будто я приложение к вашей крови.

И ушла. Сама. На дрожащих ногах. Но ушла.

---

Глава 112

Глава 112

В машине меня трясло так, что зубы стучали. Дамир ничего не спрашивал первые пять минут. Просто вел. Одной рукой держал руль. Другой — мою ладонь. Сильно. Тепло. Так, будто это единственное, что сейчас не даст мне окончательно рассыпаться.

— Она назвала его внуком, — сказала я наконец. Голос прозвучал пусто. Не злой. Не плачущий. Пустой.

Он коротко посмотрел на меня.

— Идиотка.

— Не в этом даже дело.

— А в чем?

Я сглотнула. Слова застревали в горле и царапали изнутри.

— В том, что я вдруг очень ясно поняла: если один раз пустить ее дальше порога, меня в этой истории быстро сведут к функции. К матери. Не к женщине. Не к личности. К роли. И все будут считать это нормальным, потому что ребенок же важнее.

Дамир молчал. Слишком внимательно слушал. Я продолжила, уже почти срываясь:

— А я не хочу так. Не хочу быть той, с кем просто правильно договариваться по режиму сна, врачам и садикам, игнорируя, что я живой человек. Понимаешь? Я боюсь не Артёма даже. Я боюсь той системы, из которой они оба выросли. Где женщина всегда чуть-чуть меньше, если у мужчины есть деньги, имя и кровь.