Книга Имя на солнце, страница 121 – Татьяна Тронина

Вышли из автомобиля у Садового кольца, дальше решили идти до дома пешком, и разными переулками, чтобы нас никто из соседей не видел вместе, это было мое постоянное требование.

— Нет, я не могу тебя одну отпускать, – сказал Артур. – Давай так. Ты по одной стороне дороги пойдешь, а я по другой. Если нас и увидит кто-то из знакомых, то не поймет, что мы вместе.

Так и сделали. Мы с Артуром двигались по разным сторонам одной дороги, поглядывая иногда друг на друга. Уже темнело и сладко пахло цветущими липами. Ко мне пару раз подходили парни, желая познакомиться, но я уклонялась от разговоров, хотя Артур уже был готов сорваться и бежать ко мне через дорогу. Чем ближе к дому, тем неотрывнее он смотрел на меня.

Я свернула за угол, во двор. К счастью, во дворе никого не было.

— …Чумазая какая! – встретила меня Бабаня в прихожей. – Стирать теперь все придется.

— Да, постираю завтра, – сказала я. – Подвал в институте убирали, пылищи там, грязи…

— Халаты могли бы выдать! – возмутилась Бабаня.

— Давали, не помогло, – засмеялась я.

У себя в комнате, встав на стул, я сразу спрятала деньги на верхнюю полку на стене, почти под потолком, туда же поставила книжку с телефоном. Приняла душ и сразу же уснула.

…Открыла глаза за полчаса до сигнала радио.

И сразу же вспомнила наши с Артуром приключения в заброшенном доме. Стало так жутко… Потому что даже в спокойном прошлом никакого покоя не было. Наверное, нет таких мест и времен, где не существовало бы преступников. Но хуже всего – когда отдельные преступники сбиваются в банды. Это же самое страшное – когда на пути обычного человека встречается именно банда. С отдельным злодеем есть шанс как-то договориться или убежать от него, или отбиться, но именно с бандой такое не пройдет.

В хорошие, достаточно спокойные, сытые времена этих банд и не видно. Лишь иногда вдруг обнаруживаешь, что они существуют. Все равно как в летний день на цветущей поляне откинуть камень и увидеть под ним извивающихся в сырой земле насекомых.

Но в девяностые эти страшные существа осмелели и вылезти наружу, сбиваясь в ОПГ. Криминал стал видим, он уже никуда не прятался. Бандиты искали чем бы поживиться и больше не боялись солнца.

И на что я надеюсь в будущем, какие такие квартиры на Патриарших и Остоженке мне мерещатся, почему я надеюсь на заначки из валюты и золотые червонцы из подпола? Мечтаю сдавать квартиры в Сочи и безбедно жить за счет арендной платы?

Кто, ну кто позволит мне в девяностые сдавать квартиры в Сочи курортникам? Придут рэкетиры и скажут – плати. И в Москве – выгонят меня из старинных районов, потому что кто-то важный тоже захочет там поселиться и скупит весь дом, стоящий в «удачном» месте, да-да, купит его весь – для себя. Несогласных выселят насильно, а возможно и вовсе убьют. Я не смогу и выгодно обменять свои доллары – потому что меня обманут, кинут. Либо тоже сразу убьют и просто заберут валюту себе.

Время не получится обыграть, даже зная заранее, где спрятаны клады. Потому что время – это люди. Я не смогу обыграть криминал в девяностые, это же очевидно. Придется в тот период затаиться и потихоньку выжидать, терпеть до лучших времен, когда волны криминала схлынут.

Но смысл ждать этих лучших времен, ведь к их началу я стану опять старой? Ну завладею я квартирой в престижном районе, приберегу пачку валюты – с тем, чтобы дотянуть до тех времен, когда более-менее спокойно можно будет этим всем воспользоваться… А надо ли мне уже это все будет? За пять минут до того, как жизнь скажет мне «Game over».