Книга В рамках дозволенного, страница 114 – Валерия Савельева

Ники не купился, он понимал меня лучше меня самой. Брат помолчал немного и со вздохом сказал:

— Я и предложил: желтые тюльпаны, часы, тапочки. Выбирай, что пожелаешь. Очень со смыслом.

— Тапочки? – переспросила я, задергивая штору. Тим как раз поднял голову и едва не заметил меня у окна. – А они тут при чем?

— К расставанию.

Сердце екнуло, не желая биться дальше, но вынуждая себя продолжать. Подарок к расставанию – Никита, как всегда, логичен. Но у меня не было никакого желания его слушать.

— Я скорее хотела придумать что-нибудь памятное, – проворчала я.

— А тапочки – жесть какая памятная вещь! К расставанию или смерти, зато на долгую память, – хохотнул Ники.

— Я думала о цепочке… – протянула я.

— К плохим отношениям.

— Книга?

— К ссоре.

— Кошелек? – получилось совсем жалобно.

— Если без денег, то к бедности, – безжалостно отозвался брат. – К тому же, чтобы носить отцовскую карточку, ему хватит и кармашка в чехле мобилы.

Я тяжело вздохнула. Кто вообще придумывает все эти приметы? Как можно так издеваться над людьми? Если я люблю книги, разве поругаюсь с человеком, который их подарил? Только если книга оказалась совсем дерьмовой. Но и в таком случае не факт.

— Украшения из янтаря к разлуке, перчатки к ссоре, шкатулка к секретам, птица к беспокойству, посуда к бедности, – продолжил перечислять брат, наслаждаясь произведенным эффектом.

Откуда он, черт возьми, знает такое количество примет? Или успел загуглить, пока мы разговариваем, и сейчас перечисляет все с первой интернет-странички, чтобы сбить меня с толку? Они с Тимом сразу друг другу не понравились.

— Хоть что-то дарить вообще можно? Или эти гребаные приметы писали люди, которые были против любых подарков?

— Можно… – Никита вздохнул. – Но, Лада, я по голосу слышу: у тебя что-то не то. Зачем вообще нужен подарок, ты же его гувернантка? Вы разбежитесь через пару дней и вовек друг друга не вспомните.

Я сглотнула. Ники резал по живому, потому что не вспоминать вовек я не хотела. Прикипела к Тиму, привыкла и… да, я понимала, что по окончании контракта мы разбежимся, но для этого и нужен был подарок. Памятный.

— О господи, – протянул брат, что-то для себя решив. Надеюсь, не плохое. – Так и думал, что эта работа тебя до добра не доведет. Памятное, значит? Сашка дарил мне галстук, – Никита усмехнулся. – Полезная штука… Твой малолетка должен носить, все же займет место биг босса.

Я кивнула. У Тима в шкафу на отдельной вешалке висели галстуки. Кажется, он их носил. Но меня смущал тон, которым Никита предложил подарок.

— У галстука тоже есть скрытый смысл? – поинтересовалась я.

— Есть, – не стал скрывать брат. – Но главный смысл в том, что им можно будет придушить гаденыша.

— Ники! – возмутилась я.

— Что? Хороший совет!

Разговор о подарке затянулся. Остановиться решили на браслете («Только обязательно сама надень на руку. Иначе плохая примета», – напутствовал брат), который мне еще предстояло отыскать и заказать. И чертовом галстуке, потому что иначе Ники отказался забрать подарок в магазине и привезти мне. А это было главным пунктом плана. Праздновать Тим собирался вечером, почти ночью: в десять. А значит, самое позднее в 21:30 Никита должен приехать и отдать мне коробку, чтобы никто его не заметил – и особенно именинник.