Книга Профессор из столицы, или Как (не) влюбиться в коллегу, страница 87 – Софья Мирич

​— Вы всё-таки поговорили! — Каталина радостно взвизгнула, спрыгнула с кровати и крепко обняла Лику. — А куда вы пойдёте? Так, надо посмотреть, какая там погода на улице... Вы же, наверное, в ресторанчик поедете! — она тут же увлечённо захлопотала, мысленно перебирая содержимое их шкафов — благо, девушки частенько одалживали друг у друга вещи. — Сюда нужно платье, сапожки и тот тёплый кафтан. А шапку обязательно заменим на красивый платок!

​— Постой, Лина! — со смехом остановила её Аделика, перехватывая подругу за руку, пока та принудительно не одела её слишком рано. — Мы идём только на выходных. Сейчас же ещё рабочие будни, надо сначала закончить дела с адептами и всё доделать до конца десятины.

​Она обессиленно, но так счастливо упала спиной на кровать подруги, прямо в самую кучу мягких подушек, и мечтательно улыбнулась потолку:

​— Но, видит Светлый... Я так счастлива!

На своей лекции Аделика уверенно расхаживала между рядами парт. Все в аудитории слушали её внимательно — после недавнего инцидента в галерее её авторитет как преподавателя среди адептов вырос до небес, а доверие к ней как к специалисту по защите укрепилось. Первогодки стали намного смелее: никто больше не жался по углам, и многие студенты с нетерпением ждали возможности ответить, чтобы начать дискуссию.

​— Раз уж мы коснулись темы массовых мероприятий, давайте разберём грядущий зимний бал-маскарад, — Лика оперлась ладонями о кафедру, обводя аудиторию взглядом. — Как вы знаете, устав строго запрещает использование иллюзий, изменяющих внешность и ауру, на территории академии и за её пределами. За сокрытие личности в учебном заведении вне праздников грозит исключение, а в королевстве — арест и последующее заключение в тюрьме. Однако на балу маскирующие чары и мороки лица официально разрешены королевским указом, и никто не смеет этому возразить. Но только ли потому, что указ королевский? Кто объяснит мне и всем остальным разницу? Почему закон, охраняющий нашу с вами безопасность, в эту ночь делает исключение?

​С третьего ряда поднялась одна из адепток, упрямо вскинув подбородок.

​— Профессор Сальви, это же просто дань уважения традициям высшего света! Иллюзии на балу — это часть игры, флирта и аристократического etiquette. К тому же, безопасность обеспечивают стационарные артефакты на входе, которые фиксируют истинную ауру каждого гостя, так что никто посторонний внутрь не проберётся.

​— Верно, но лишь наполовину, — мягко улыбнулась Лика, оценив ответ. — Артефакты действительно считывают ауры, и этикет важен, а традиции тем более. Но истинная причина куда глубже и мрачнее, она кроется в истории нашего королевства Делвинии.

​В аудитории повисла заинтригованная тишина. Студенты подались вперёд.

​— Пять веков назад, до Великой Реформы, ментальная магия не была под запретом, — звучным голосом начала Лика, и этот тон заставил адептов затаить дыхание. — В те времена плетения разума использовались повсеместно. Их применяли как во благо — для лечения душевных недугов и восстановления памяти, — так и в самых корыстных, жестоких целях. Аристократы беспрепятственно читали поверхностные мысли окружающих, изощрённо играли с чужими страхами, насильно внушали симпатию и плели интриги прямо во время танца. Высший свет напоминал змеиное гнездо, где каждый первый пытался тайно подчинить себе волю соседа. И тогда далёкий прадед нашего короля — точнее, его личный чародей — создал уникальный прецедент.