Книга Академия для наследников, страница 116 – Анастасия Ольховикова

— Гейл, ну, может, хоть ты мне расскажешь о теплой тьме?

— Расскажу, – пообещал он. – Когда станешь моей женой по закону.

Я широко распахнула глаза, не зная, то ли корить за отказ, то ли радоваться дальнейшим планам некроманта. В конце концов, победил здравый смысл:

— Гейл, но я ведь…помолвлена. И сейчас, получается, использовала тебя в качестве орудия мести Дарию.

— Мне кажется, или не далее как несколько часов назад ты сама толкнула жениха к очередной измене, чтобы обнародовать факт его отношений с другой женщиной?

— Да, но… – расстроилась я. – Это все равно не освобождает меня от союза, заключенного родителями, как ни посмотри. Зачем тебе жена, которая никогда не сможет родить тебе детей?

— Глупенькая, – он поцеловал меня в макушку. – Главное, чтобы ты никогда не исчезала, все остальное – то, с чем мы сможем справиться. А с Дарием мы разберемся, чтобы он никогда больше даже не помышлял о том, как докучать тебе.

— Я не знаю, как это сделать, Гейл…

— Я не могу оставить тебя, чтобы отправиться за ответом на дикие земли прямо сейчас, – серьезно ответил Эвангелион. – Взять с собой, когда ты не овладела силой – значит подписать тебе смертельный приговор. Поэтому, как я уже и говорил, мы обучаемся всему, что могут демоны Света, а потом едем к моим родственникам за ответом.

— К родственникам? – я затаила дыхание.

— Ну, с твоим единственным защитником я имел удовольствие пообщаться, настала пора вернуть долг, – поцелуй в висок дал мне понять, что Эвангелион ответил согласием.

— Ты…разговаривал с Сойнером? – забеспокоилась я. – Когда? Зачем?

— Скорее, он со мной, – хмыкнул Эвангелион. – А вот о чем мы говорили, тебе знать необязательно, – загадочно добавил он, распаляя мое и без того огромное любопытство.

— Я не думаю, что после Академии стоит меня знакомить с твоим окружением…

— Ох, Морин... Ты такая смелая – и такая трусиха одновременно! – пожаловался Гейл, но в его словах я уловила улыбку. – Не волнуйся о Дарии. Мой отец вообще маму почти из брачной постели утащил, когда понял, что она не собирается отвечать взаимностью. Нас с братом у них двое, как видишь. Не беспокойся. К выбору сыновей они отнесутся с одобрением.

— А они расскажут мне о теплой тьме? – с надеждой ухватилась я за соломинку, чувствуя после слов Эвангелиона необычайный душевный подъем: оказывается, его маму похищали! Не знаю, почему, но это вселило в меня уверенность в будущем.

— Конечно. Как только мы свяжем наши судьбы воедино, – раздался над ухом короткий смешок.

— Гейл, ты испытываешь удовольствие, когда шутишь надо мной! – шепотом возмутилась я.

— Нет, моя птичка, – он зарылся лицом в мои волосы, – просто это знание способно нанести нам обоим непоправимый вред. И если я еще имею шансы на выживание, то ты погибнешь, реши кто–нибудь испытать на нас справедливость легенды.

— Ты можешь выстоять, потому что собирался рассказать о том, о чем просил никому больше не говорить? – вспомнила я самое начало разговора.

— В какой–то степени – да, – подумав, ответил Эвангелион. – Как ты ловко возвращаешься к основной теме, Морин…

— Просто я не хочу упускать из вида ничего, что могло бы быть связано с тобой, – честно призналась я. – Слишком поздно поняла, что именно ты для меня значишь.

— И что же? – насмешливо поинтересовался мужчина.