Книга Полюби меня такой, страница 74 – Маргарита Климова

Марина

Что-то явно происходит в доме. Не знаю что, но это меня беспокоит. Максим задумчивый ходит по дому, останавливая на мне рассеянный взгляд, как будто что-то хочет сказать. Мама притихла и не устраивает больше истерик. Все что-то ждут, а я не могу понять что. Сегодня на утро назначено УЗИ, но Макс просит перенести его на вечер. От напряжения искрит воздух, раздражая слизистую носа и горла. Завтрак и обед проходят в тишине, только скрип вилок по тарелкам нарушает молчаливую гармонию. Алька с Лёшей не вылезают из бассейна, опасаясь появляться в местах общего скопления. Пытаюсь поговорить с мамой, но она, прикрываясь больной головой, уходит в спальню, забирая Дину. Максим сразу испаряется в кабинете, сославшись на важный звонок. А я ощущаю себя полной дурой, танцующей на пороховой бочке с зажжённым фитилём, которая вот, вот взорвётся.

Оставив мелких с бабой Верой и Алькой, едем к перенесённому времени в клинику. Молчание уже задолбало, а игнорирование моей персоны просто бесит. Обиженно отворачиваюсь к окну и пытаюсь рассматривать загородный пейзаж, перетекающий в городские высотки.

— Мам. Что происходит, — хватаю её за руку, подходя к кабинету.

— Нервы Марин. Нервы, — подталкивает меня к двери. — Ты иди, солнышко. Я сейчас присоединюсь.

В кабинете ложусь на кушетку, спуская брюки и задирая майку. Холодный гель покрывает живот, вызывая табун мурашек. Прохладный ветерок из приоткрытой двери проходит по голому животу. Скорее всего вернулась мама и я не отрываясь смотрю на монитор, в котором различаю маленькую фасолинку с пульсирующей серединкой. Врач что-то говорит, но я его не слышу. Я вся там, в моём малыше, пытаюсь рассмотреть хоть что-то, напоминающее ребёнка. Но срок слишком маленький и на экране всего лишь пульсирующее пятнышко. Мама садиться рядом на стул, берёт меня за руку, и я понимаю, что это не мама. Медленно перевожу взгляд с монитора на сидящего рядом и сердце останавливается, делает кульбит и с грохотом проваливается в живот.

— Джейк, — шепчу, не веря своим глазам. Закрываю их, зажмурившись сильно, сильно, трясу головой, чтобы проснуться, боюсь открыть и обнаружить пустой стул.

— Мариш. Я вернулся. Навсегда, — шепчет мираж или сон, и темнота засасывает меня, отключая от этой реальности.

В сознание проникают какие-то крики, цепляя и вытягивая меня наружу. Оказываю слабое сопротивление, но душа с остервенением цепляется за крик.

— Вы что?! Совсем сдурели, Максим Валерьевич?! — узнаю голос Бориса Евгеньевича. Всегда спокойный, уравновешенный, сейчас слишком взбешён. Первый раз слышу, как он орёт. Это даже завораживает. Какой сильный голос. — Вы не можете своих женщин уберечь от стресса?! Я жену вижу реже, чем вашу семейку! Может вам сюда переехать?! Зачем тратить время и силы на дорогу?! Живите здесь, под капельницами и скальпелем!

— Борис Евгеньевич, ну что вы так нервничаете? — успокаивает его Макс. — Подумаешь, Марина сознание от счастья потеряла? Вы же ей сами советовали окружить себя позитивом. Вот. Окружаем.

— Может будете окружать в не стен моей больницы? — немного спокойнее отзывается врач. — Я с вами инфаркт заработаю, или инсульт. Всё. Сейчас витаминки прокапаем, и забирайте свой позитив домой, а ко мне не раньше следующего планового осмотра. Карина! Поставь капельницу Марине Денисовне! Срочно!